Но, как заметил Элек, у меня нездоровое пристрастие к мазохизму, и мне безумно захотелось узнать, соответствует ли выражение его лица тому, как отчаянно бьется его сердце.
Я медленно оторвала щеку от его груди. Когда я подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза, он одновременно наклонился, словно ждал этого.
Его откровенный взгляд был полон желания. Я невольно вздохнула, вбирая в себя вздох, сорвавшийся с его губ. Если я не могу поцеловать его, то, по крайней мере, буду наслаждаться его дыханием.
Затем он прикоснулся лбом к моему лбу.
Чтобы окончательно не утонуть, я мысленно повторяла слова, которые он произнес Челси по телефону.
Я тоже тебя люблю.
И тут я не выдержала.
Отпрянув от него, я бросилась бежать с танцпола.
Я слышала, как он меня звал.
– Грета, подожди.
Слезы струились по моему лицу, когда я пробиралась сквозь толпу, натыкаясь на подвыпивших людей в поисках выхода.
Элек потерял мой след в толпе.
Когда я выскочила наружу из темноты клуба, то почувствовала облегчение, попав в ярко освещенный холл казино.
Я бросилась к лифтам и поспешно нажала на кнопку в надежде как можно скорее попасть в свой номер. Двери лифта уже закрывались, когда я увидела, как между ними просунулась татуированная рука, заставившая их распахнуться.
Его дыхание было прерывистым. Двери закрылись.
– Какого черта, Грета? Почему ты от меня убегаешь?
– Мне просто надо было вернуться в номер.
– Но не таким же образом!
Он нажал на кнопку «стоп», заставив лифт резко остановиться.
– Что ты делаешь?
– Я не хотел, чтобы этот вечер закончился так. Я перешел границу, я это знаю. Я потерял голову из-за тебя в тот момент, и мне безумно жаль. Но это не повторится, потому что я не собираюсь обманывать Челси.
– В таком случае, я не такая стойкая, как ты. Не смей танцевать со мной так, смотреть на меня так, прикасаться ко мне так, раз ситуация для нас безвыходная. И, кстати говоря, я сама не хочу, чтобы ты обманывал Челси.
– А что ты хочешь?
– Я не хочу, чтобы ты говорил одно, а делал совсем другое. У нас не так много времени осталось. Нам надо поговорить. Тем вечером на поминках… ты обнял меня за шею.