Между смертью мальчика и убийством вашего хирурга Леонида Штурма прошло ничтожно мало времени, а потому есть вероятность, что оба эти события связаны.
– Может быть, – не стал спорить Николай Феликсович. – Более того, в первый момент я и сам так подумал. Но затем отмел подобное предположение.
– Неужели? – не удержался от сарказма Лев. – Знаете, порой я просто удивляюсь тому, как много людей разбираются в моей профессии лучше меня. Во всяком случае, им так кажется. Они самостоятельно строят предположения, затем самостоятельно их отметают… Кстати, по пути в ваш кабинет, Николай Феликсович, я видел, как санитары катили к лифту только что прооперированного мужчину.
Кривоногов улыбнулся. Глотнул еще шиповника.
– Я понял, Лев Иванович. Но зачем так передергивать мои слова. Есть же очевидные факты…"
"– Интересно, какие?
Эскулап не успел ответить.
– Извините. Это срочно, – буркнул он и ответил на вызов: – Да, Артур… Сколько времени прошло?… А какое давление?… Вколите ему двойную порцию преднизолона. Да, прямо сейчас. И продолжайте следить за давлением. Я буду минут через тридцать. Подготовьте все необходимое для экстренного переливания крови… Нет, Артур! Я сказал, только подготовьте… Будем смотреть по состоянию.
– Я не обязан перед вами отчитываться, – ушел Лев от прямого ответа. – Давайте каждый из нас будет заниматься своим делом. Расскажите об инциденте с погибшим ребенком.
Главврач заколебался, но, наткнувшись на холодный взгляд собеседника, все же согласно качнул головой.
– Хорошо.