Два мажора для Золушки

– Правда?

– Правда!

Матвей прижимается губами к моим, мгновенно касаясь губ своим языком, облизывает и ласкает, настойчиво раскрывая рот и проталкиваясь внутрь. Я восторженно принимаю его глубокий и чувственный поцелуй, от которого начинает кружиться голова и звенеть в каждой клеточке тела.

– Моя девочка. Моя…

Я сглатываю: мурашки проносятся по коже, приподнимая волоски.

– Я не уверена, что если бы всё случилось тогда, то продолжила бы знакомство, – честно признаюсь я.

– Вот как?

– Да.

Я прекрасно знаю, с какой целью я пришла в тот клуб.

Но признаться в такой позорной причине вслух я ни за что не смогу, поэтому опять вру, утопая в этой трясине ещё глубже.

– Я думала, что это одноразовая встреча. Не более.

Матвей гладит пальцами щёки и губы, перед тем как поцеловать меня и честно ответить:

– Я тоже был в этом уверен.

Его слова, наверное, звучат обидно по сути. Но у меня не получается обидеться на Матвея или выставить последним козлом. Мы оба пришли за сексом, которого не случилось по причине с именем «Тимофей».

Но взаимное притяжение никуда не исчезло. Я хорошо помню мгновения, когда мне было хорошо с Матвеем. Он целовал меня сладко и проникновенно, безудержно. Он ласкал меня языком так, как никто до него. Эти поцелуи, будоражащие и сумасшедшие, были первыми на карте моих взрослых развлечений.

По моему телу гуляла чувственная дрожь. Я проникалась зовом его губ и пальцев, желая почувствовать его ещё острее и глубже. Матвей легко считывал реакцию моего тела тогда и сейчас – тоже.

Поэтому я отвечаю на его глубокие, манящие поцелуи, подаюсь всем телом вперёд к нему, забывая обо всём на свете. Матвей действует напористо, но не нагло, он завоёвывает меня чувственностью, обнимает горячо и надёжно. Ему хочется раскрыться и довериться.

Я цепляюсь за его плечи пальцами и тянусь навстречу. Я понимаю, что хочу его. Поэтому не протестую, когда его сильные, уверенные пальцы проворно забираются под просторный свитшот и оттягивают вниз чашечки бюстгальтера.

Мы пьяно целуемся, и я постанываю, когда Матвей перекатывает соски. Он сминает грудь и пощипывает тугие вершины, заставляя плавиться от удовольствия. Только когда он тянет вниз молнию на моих джинсах, я словно просыпаюсь.

– Прекрати.

– Поехали ко мне, Юль?"

"– Нет. Я не готова быть с тобой сейчас, – честно отвечаю я, удерживая его пальцы.

– Ты убиваешь меня своим отказом, – стонет Матвей прямиком в мой рот, слизывая ответные стоны.