Стёпка на мгновение напрягся и бросил взгляд на парня. Тот замер на мгновение, словно собираясь с мыслями, а потом кивнул.
— Я ведь пришёл сюда не просто так. Так что и это расскажу.
Именно с этим парнем я и хотел поговорить, планируя на завтра вылазку в деревню. Но на ловца и зверь бежит.
Глава 24
Я кивнул парням приглашая пройти в избу."
"Усадив их за стол, молча выложил хлеб, сало и сыр, а также налил прохладной воды в глиняные кружки. Гостеприимство — это нормально, да и на парнишку без слёз не взглянешь.
Барут пил жадно, словно пересохшее горло давно ждало этого момента.
— Ну что, — начал я, садясь напротив, — давай рассказывай, как так вышло на той дуэли.
Парень поставил кружку и провёл рукой по волосам. На миг его лицо омрачилось, но он мотнул головой.
— Макс… Я понимаю, что после всего, что с тобой произошло… — он на секунду прервался. — Короче, не надо жалости.
— Говори, — буркнул я, скрестив руки на груди.
Пока что я не мог доверять этому Баруту, уж слишком длинные руки были у Ефима. Сейчас нужно просто перевести диалог в нужное русло и убедиться, что парень мне не враг.
Стёпа нетерпеливо ёрзал на табурете, явно сгорая от любопытства.
Барут вздохнул и посмотрел в окно, где уже опускались вечерние сумерки.
— Моя кошка… Моя бывшая кошка…она не обычная. Полосатый ядозуб. Отец купил её у торговца из столицы за серьёзные деньги. Сказал, что настоящему Мастеру нужен достойный питомец, что с такой кошкой я смогу завоевать уважение в деревне, а также неплохо зарабатывать.
Он замолчал, сжав губы.
— И что пошло не так? — подтолкнул я.
— Всё, — горько усмехнулся Барут. — Понимаешь, я же Мастер, я умею лишь команды отдавать через связь. Не то, что Звероловы…
Стёпа нахмурился.
— Так ты о чём?
— Я был тупым бараном с дорогой игрушкой, — честно ответил Барут.
Он отпил воды и продолжил:
— Эти кошки… они редкие. Поэтому — особенные. Гордые, независимые. Почему-то их крайне редко удаётся поймать. А я пытался ей приказывать, будто обычной собаке.
Так… Куда-то не в ту степь несёт парня.
— Так что с дуэлью-то?
Барут помрачнел, его голос стал тише.
— Сразу к делу, да? Блин, если б не отец мой, не признался бы, но ладно.