Его личная звезда. Дилогия

Если есть ко мне какие-то претензии, предъявляй через официальные органы. Мне порядком надоело, что на меня наседают и обвиняют в черт знает чем! Я пока ещё свободная девушка и имею право на выбор!

Зачем она это говорила, она не знала. Ведь понимала, что её слова для Славинского не более чем пустой звук.

Она сожалела, что освещение на задворках клуба было слабым, и она не может рассмотреть глаза Богдана. С другой стороны, оно ей надо было? Снова в душе что-то дрогнет, возникнет непонятный испуг. Сейчас она может попытаться представить, что с ней разговаривает любой другой мужчина, которому она в состоянии противостоять.

До Кира были поклонники, которых она с легкостью отшивала. Чем Славинский отличается от них? Здесь, в темноте.

Ничем.

- Ошибаешься, звезда, очень сильно ошибаешься, - дыхание мужчины становилось рваным, точно он сдерживался от чего-то или говорил через силу. - Иногда я удивляюсь твоей наивности. И одновременно меня эта самая твоя наивность покоряет.

Ирида быстро прикрыла глаза и снова их распахнула.

Начинается....

Нет, сегодня она не позволит ему ничего сказать, а тем более сделать! Не позволит посеять в её душе ещё большую смуту! Не позволит...

- Богдан, я улетаю домой, - как можно тверже сказала она, опять-таки не поднимая руки и не делая попытки освободиться. - Будь любезен, уйди с дороги.

- Звезда... - протянул он с придыханием, - да что же ты творишь...

- Что я творю? - её напускное спокойствие растворилось в ночи. - Это что вы творите? Вы все.

Откуда вы взялись на мою голову? Почему преследуете меня? Богдан! Разве это нормально? То один пугает меня едва ли не до смерти в клинике, то второй нападает в клубе. Про тебя я и вовсе молчу! Ты...

Она резко оборвала себя, почувствовав, как мужская рука коснулась ее щеки.

Замерла. Насторожилась.

Только не это...

- Да, я, - хрипло отозвался Богдан, и на краткое мгновение ей показалось, что в темноте она увидела, как блеснули его глаза. Иллюзия? Или действительность, тщательно скрываемая? - Я, звезда.

И снова я. Всегда только я.

С каждым словом его голос становился всё более глухим, а дыхание учащенным. И он придвинулся к ней. Нет, не прикоснулся, между их телами оставалось воздушное пространство, сведенное к минимуму. Дал понять, что он находится близко, очень близко.

Ирида не поняла значение его слов. Они произвели на неё странный эффект. Обволокли невидимой паутиной, вызвав легкое покалывание кожи. Эта уверенность... эта правота...