Глаза слипались от смертельной тоски, и приходилось до боли сжимать челюсти, чтобы не зевнуть и не нанести оскорбление служителю.
Удивительно, как он сам не засыпает под собственное монотонное бормотание? И вообще, что за порядки? Обряд в храме, а развод через судью.
Идиотизм и чёртова, никому не нужная бюрократия.
А рядом — она.
Краснеет.
Опускает глаза в пол.
Смущается.
И опять краснеет.
Круг за кругом, одно и то же.
Если раньше мне нравилась её покорность, сейчас она не вызывает ничего, кроме приступа тошноты.
Пресно. Невыносимо пресно. До зубовного скрежета.
Я сжал кулаки под струями воды так, что костяшки побелели. Невестой она мне нравилась больше. Видел её раза три в неделю, и этого было предостаточно.
Теперь — каждый проклятый день. Каждую ночь терпеть это послушное тело, безвольно лежащее под моими руками, как восковая кукла.
Ни звука, ни движения, ни вздоха.
Идеальная аристократка не должна мешать мужу выполнять супружеский долг, кажется, так она сказала? Кто вообще ей внушил такую ересь? Приторная покорность сквозила в каждом вздохе, в каждом робком прикосновении.
Нет, долго я не вынесу. Как только узнаю, что Дейдра в положении, то сразу же отселю куда подальше. А сам найду на стороне кого-нибудь попроще и посговорчивее.
Память, как назло, подбрасывает воспоминания о другой ночи. Яркой, как вспышка. Горячей, как раскалённая лава в жерле вулкана.
Первой ночи с моей Истинной.
Кровь вскипела мгновенно, разлилась огнём по венам. Плоть с готовностью отозвалась острым, требовательным желанием, пульсирующим в каждой клетке.
Элизабет смотрела с опаляющим жаром, отдавалась без остатка и вытягивала душу. Её пальцы были везде, губы жадные и ненасытные, тело отзывчивое на каждое прикосновение как идеальный инструмент.
На смену воспоминаниям пришла упрямая решимость, и я выключил воду одним яростным поворотом. Вытерся насухо, почти сдирая кожу.
Шальная мысль вспыхнула, озарила сознание и скривила губы в хищной усмешке. Почему, чёрт возьми, нет?
Обряд прошёл успешно.
"Плевать, Элизабет до сих пор принадлежит мне. Драконы не расстаются с ненужными вещами. Драконы оставляют их до той поры, когда в них снова возникнет потребность.
Преследуемый неудовлетворённым желанием, я ворвался в спальню и стал одеваться. Быстро, решительно, рывками натягивая одежду.
— Что-то случилось? — Дейдра испуганно приподнялась на локте.