Вот, смотри…
Он потянул из-за спины рюкзак, вытащил из бокового его кармана непрозрачный полиэтиленовый пакет, показал его мне, развернув. Действительно, там лежала немаленькая кучка золотой ювелирки, без камней, только металл.
— Тут грамм семьсот, — сказал он. — Половину вам даю, на вторую половину домой поеду, на родину.
При этом он перехватил косой взгляд Лёхи и сказал:
— Ни с кого не снимал. Ювелирный вскрыли недавно, там уже не было никого.
Странно, что кто-то умудрился бросить ювелирный, ничего с собой не вывезя.
— А как взвешивать? — спросил я.
— А что его взвешивать? — пожал он плечами. — Я его пополам поделю и две кучки перед тобой положу, а ты любую выберешь. Так нормально будет?
— Ну… нормально, — чуть растерялся я от такой простоты решения. — А машину смотреть будешь?
— Конечно, — ответил он. — Только ты сам скажи, какие с ней проблемы есть.
— Нет никаких, новая почти, — чуть подумав, сказал я. — Лишняя она нам просто. Да, дизель, если важно.
— Неважно, — отмахнулся чеченец. — Посмотрим пойдём?
Хамзат Цацаев
6 апреля, пятница, утро
Добрался Хамзат до базара вчера чуть не к вечеру. Хоть и в хорошей форме был, но педали крутить отвык и здорово устал. Однако достиг места почти без проблем, лишь пару раз пришлось убегать от погнавшихся за ним мертвяков. Добрался до пансионата и сразу же столкнулся с настоящим унижением. Прямо у крыльца стояли два здоровых мужика — Самбист и Зять, причём рядом с последним под ручку пристроилась та самая украинка, которая уговорила Зятя на обмен — женщин на горючее.
Едва они увидели его, крутящего педали велосипеда, то сразу расплылись в ехидных улыбках.
— Здорово! — протянул руку Зять, когда Хамзат слез с велосипеда. — Что-то машина у тебя маловата, чтобы баб возить. Или ты вперёд поехал, дозором?
— Нет баб, — пробормотал Хамзат, проглотив явное унижение, как заслуженное. — И за генераторы не спрашивай, их тоже нет.
— А чего так? — поинтересовался Самбист, сложив ручищи на груди.
— Погибли все, — ответил Хамзат, пристраивая велосипед к крыльцу. — На федералов нарвались, из танков расстреляли. Все погибли, ребята наши, машины, товар и бабы тоже.
— Опа! — поразился Самбист. — Это где вояки так выступили?"
"— Поворот с Кольца на Ленинградку, — ответил Хамзат. — Всё перекрыли. Танки, бээмпэ-мээмпэ, солдаты. Остановить хотели, но с бабами нам вариантов не было проверки проходить. И сразу стрелять начали.