Серый, прикрой! Надо валить её на хрен!
Грохоча ботинками по кровле, мы вдвоём метнулись к чердачному окну, бегло его обстреляли с ходу — тварюга всё же от пуль старается укрываться. Её и вправду за рамой уже не было, и Лёха, ничтоже сумняшеся, закатил туда гранату. Грохнуло, из окна выбросило невероятный клуб пыли — на чердаках подметать не принято, а я следом, вдогонку, метнул туда ещё и две «Зари» разом, отскочив в сторону.
Взрыв светозвуковых больше похож был на близкий выстрел пушки, хорошо, что уши прикрыть догадались, а затем я сунулся внутрь, включив фонарь на автомате, и обежал его узким ярким лучом помещение.
— Готовим верёвки! — скомандовал я, отцепляя от себя бухту репшнура.
К счастью нашему, на крыше бывшего Купеческого общества были перила, установленные между массивных кирпичных тумб. За них-то и крепить проще всего. Обмотал одну такую петлёй, затянул узел, выбросив вниз длинный ходовой конец — такая верёвка теперь дефицит, не бросать же её болтаться на фасаде?
На улице, кстати, нас давно заметили, и снизу намечалось некоторое оживление.
Большой явно растерялся при словах «вёдерный узел», но Вика ему помогла. Обмотаться же верёвкой правильно помог ему Лёха, попутно объясняя, что делать дальше. Мне сразу представилось, как Большого или перевернёт при спуске, или он просто попытается тормозить верхней рукой и в результате сорвётся — у нас ведь ни страховки, ни карабинов, ни подвесных нет, а если с перепугу за ходовой конец схватится, то ещё и узел может развязаться, и тогда падение вниз, к мертвецам.
Лишняя верёвка есть, можно попытаться.