Будет у тебя за запасное оружие. Основным оружием трёхлинейка. Ты пристрелялась?"
"— Да, всё нормально, — кивнула она, улыбнувшись. — Не подведу.
— Отлично, — обрадовался я. — И всем остальным: сдать дробовики Лёхе. Будем просто брать их с собой на выезд, хотя бы по одному в каждой машине, мало ли что? Для боя они не нужны, а вот для зачистки помещений могут пригодиться. И чтобы патроны с пулей и мелкой дробью всегда были. Лёха, твоя задача. Проследи. В каждую машину, всегда.
— Есть, — вполне уже по-уставному ответил он.
Ну вот и молодец. Подает положительный пример подрастающему поколению, всем бы так научиться. Ладно, продолжаем.
Тут в разговор Степаныч вступил, спросил:
— Мне что, «Вепря» тоже сдавать своего?
Тьфу ты, забыл, что Шмель-старший у нас так и ходит с ружьём, он сам пожелал.
— Ну, не знаю… — немного растерялся я. — Если по серьёзному бою, так автомат нужен, дробовика не хватит. Может, возьмёшь всё же нормальный ствол, а «Вепря» тоже в машине держать будешь, если на выезд? У нас сейчас всего хватает.
— И пистолет бы получил, — добавил Лёха. — Уже жена твоя в сумочке «ижака» носит и дочка малолетняя.
Ага, так и есть. Мы уже Катьку вооружили пистолем, несовершеннолетнюю, а батя её всё рогом упирается, и ведь — крест на пузе — исключительно в силу великого своего упрямства, мол, «как пожелаем, так и сделаем». Это за ним всегда водилось, Мишка много рассказывал и всегда говорил, что Степаныча уговорить на что новое — целая интрига с комбинацией нужна, иначе упрётся рогом просто так, из принципа.
— Степаныч, тем более что ты служил когда-то. Должен автомат хоть как-то помнить, а? — После чего подлил масла лести в костёр убеждения: — Ты вон все машины отечественные до последнего винтика освоил, неужели с «калашом» не совладаешь?
Степаныч задумался, покряхтел, но спорить не полез, а сказал, насупившись:
— Ну ладно, выдавайте, чего там хотите, если вы такие умные.
Едва он фразу закончил, как я обернулся к Лёхе и сказал:
— Тогда сразу, как закончим, выдай «семьдесят четвёртый» и ПМ.
— Не вопрос, — кивнул Лёха.
У Мишки Шмелёва по губам скользнула еле заметная тень злорадной улыбки. Порадовался, что его по-ослиному упрямого батю хоть в чём-то обломали. В любом случае я другого выхода не вижу, ружья могут понадобиться когда угодно, но вооружаться ими нельзя, есть предчувствие, что враг номер один теперь человек будет, а не мертвяк.