Кто ж знал, что та контора так скоро назад потребует?!
«Договор читать надо было, что подписываешь», — я закатила глаза, но вслух комментировать не стала.
Поняв, что гневная речь не действует, женщина сменила тактику.
— Я ведь все для вас. Для тебя и Ванечки. И для Маши с Сашей.
— С Мишей вообще-то, — поправила я.
Ну вот о чем она говорит, если даже не помнит, как зовут внука?
— Да, с Мишенькой, — женщина деланно всхлипнула. — В общем, мне сыночка даже кормить нечем. Ты уж подсоби. А то пришли двое громил такие сегодня.
Вот теперь волнение в трубке было неподдельным. Я даже инстинктивно подалась вперед, словно это могло мне помочь расслышать лучше.
— Что он сделал?
— Он его УКУСИЛ! Представляешь?!"
"Я ожидала чего угодно, но не этого. В этом городе все, что ли, ненормальные? Или тут психушки позакрывали, а сумасшедших на улицы выпустили? С другой стороны — это не мои проблемы. У меня своих хватает.
— …Ну так что, доченька? Ты поможешь? — раздался тихий ласковый голос на том конце трубки. — Ух, знала бы ты, как мне сегодня Васильевна по телефону разорялась. И про то, что полиция Ваську допрашивала, и то, что даже ее в отделении почти целый день продержали. А ты на крутой машине, ради денег с кем-то спуталась.
— Мама, я кушать хочу, — Миша подергал меня за подол домашнего платья, отвлекая от сплетен. — Можно хотя бы водички попить?
— Сейчас идем, солнышко, — улыбнулась я сыну, погладив его по голове. — У нас и суп, и пюре с котлетками есть…
— Едешь?! Сейчас?! — обрадовалась мать Люси.
— Нет. Не еду.
— Как не едешь?.. А как же Ванечка?
— А вот с Ванечкой ты, мама, уж как-нибудь сама. А я пойду своих детей кормить. Приятно было поболтать. Если Валерия Васильевна будет звонить тебе еще, обязательно передавай привет.
От мысли о том, как перекосит свекровь от моего «привета», я не смогла не улыбнуться и, не слушая дальше причитания матери, положила трубку. Интересно, а отец у Люси есть? Надо перечитать дневник. Мало ли что там за братец. Второго борова мне не надо.