При этом он любил смеяться, и его заливистый хохот часто колокольчиком разносился по дворцовым залам, заставляя невольно улыбаться слуг и придворных.
Многие на высоком месте Питера не водились бы ни с кем, кроме детей знати; он же подружился с мальчиком по имени Бен Стаад, когда им обоим было по восемь лет. Семья Бена была не из знатных, и, хотя его отец Эндрю Стаад возводил свой род к королям, их и дворянами-то можно было считать с большой натяжкой. Точнее назвать их «сквайрами». Когда-то богатые, Стаады переживали тяжелые времена, и если бы проводились выборы Лучшего Друга принца, их сын вряд ли имел бы шанс.
Встретились они на ежегодном сельском празднике. Обычно королям и королевам не очень нравилось там присутствовать; они поднимали тост, благодарили фермеров за плоды их труда (даже если год был неурожайным) и удалялись. Если бы так же поступал Роланд, Питер с Беном так никогда бы и не встретились. Но Роланд в самом деле любил сельский праздник и часто оставался там до конца (и часто его уносили оттуда, что называется в стельку).
Питер и Бен оказались в паре на состязаниях по бегу в мешках и выиграли. Они уже давно шли впереди, но вдруг упали, и Питер сильно оцарапал руку.
«Простите, мой принц!» — воскликнул Бен, побледнев. Он уже воображал себя в подземной темнице, и его мать с отцом, с опаской наблюдавшие со стороны, тоже (Энди Стаад про себя окончательно решил, что счастливая звезда семьи закатилась). Страх Бена смешивался с удивлением: оказалось, что кровь будущего короля такая же красная, как у всех.
«Не валяй дурака! — нетерпеливо прикрикнул Питер. — Я сам виноват. Давай скорее, а то нас догонят».
Двое мальчишек, соединенных в одно неуклюжее трехногое существо мешком, в котором были крепко стянуты правая нога Питера и левая — Бена, попытались встать. Падение сильно их задержало, и за ними к финишной черте, у которой бесновались толпы фермеров (не говоря уж о Роланде, затесавшемся в их толпу без всякого чувства неловкости), уже приближались два здоровых, потных крестьянских парня.
«Быстрее, Пит! — вскричал Роланд, с таким энтузиазмом потрясая кубком, что большая часть содержимого пролилась ему на кафтан. — Скачи, как заяц! Эти олухи уже хватают тебя за задницу!»
Мать Бена начала всхлипывать, проклиная судьбу, поставившую ее сына в пару с принцем.
«Если они проиграют, — простонала она, — Бена бросят в самую глубокую темницу замка».
«Тише, женщина, — сказал Энди.