– Вряд ли, – возразил Лебедев. – Продержат этого хрена под замком, пока ситуация в стране не изменится, а когда она изменится, кому будет интересно, кто там его похищал?
Лодка, пофыркивая мотором, наискось пересекла русло и свернула в длинную протоку, где старые ивы, наклонявшиеся друг к другу с двух берегов, образовывали над водой подобие свода. В свое время Абрамов и его друзья потратили немало дней, чтобы под видом туристов основательно изучить эти места и все разветвления стариц и проток. Поэтому сейчас дальнейший маршрут четко рисовался в его голове: свернуть в другую протоку, доплыть до того места, где она подходит к шоссе, а там их уже должны ждать две машины, одна из которых предназначена специально для комбата.
– И надо потом сразу на дачу, – вслух подумал Абрамов. – Дострою теплицу, а помидоры там пускай жена сажает. Что я люблю, мужики, так это помидоры!
– Особенно на юге они хорошо идут, – поддержал его Лебедев. – С сыром, с зеленью, с домашней аджикой да под сухое винцо…
– М-м, кончай, а то у меня уже слюнки потекли, – простонал Усманов.
– А ты не слушай, мусульманин, тебе вино нельзя, – одернул его Лебедев.
– Много болтаем, ребята, – предостерегающе заметил Абрамов. – А клиент лежит и слушает.
– Он не слушает, – возразил комбат. – Он спит.
– Да брось ты, – поразился Лебедев. – Не может быть! Может, помер со страху?
Он нагнулся над пленником, пощупал пульс на его шее, прислушался к его дыханию и покачал головой:
– Похоже, и правда спит. Ну и дела!
– Я слышал, такое бывает на нервной почве, – заметил Усманов.
Глава 41. Кольцо сужается
Контролируемые Чудновым газеты и телеканалы сохраняли полное молчание об исчезновении своего шефа.