Присев на корточки, Колян поднял голову и посветил на потолок, а потом спросил Барнаула:
– Слышишь, где шоссе? Уже прямо над нами тачки проезжают!
Тот прислушался и кивнул, а Колян продолжал:
– Молодцы, хорошо продвинулись, но здесь крепления понадежнее надо поставить. На, свети!
Он отдал Барнаулу свой фонарик и начал пробираться к выходу из тоннеля – туда, где слышались сбивчивые разглагольствования Паленого. Пригибаясь, он вышел из тоннеля в подвал, выпрямился и потянулся. Паленый выжидательно смотрел на него, не сомневаясь в том, что бригадир слышал его слова.
– Ну что ж, молодцы, поработали здорово, – с улыбкой произнес Колян. – Правда, дальше придется крепления помощнее делать на потолок, но все равно уже немного осталось.
Колян умолк и начал неторопливо стряхивать песчинки с одежды. Паленый уже открыл рот, собираясь что-то сказать, как вдруг бригадир резко повернулся к нему, молниеносно выбросил вперед правую руку и тут же мгновенно ее отдернул.
– Ты что сделал? – прохрипел он. – За что? Я ведь только побазарить хотел!
– Я знаю, – спокойно сказал Колян. – Вот как раз за базар. Ты об одном не подумал: кто ты такой, чтобы я с тобой базарил?
Паленый, качая головой, вновь издал такой страдальческий стон, что содрогнулись все бойцы бригады, молча взиравшие на эту жуткую сцену.
– Может, кто-то еще хочет со мной обсудить, как мне себя вести? – доброжелательно поинтересовался Колян.
Колян поднялся по лесенке наверх, за ним последовал Барнаул.