Тогда Гарри, запертый в своем чулане, старался успокоить себя, пытаясь не плакать от некоторых особенно болезненных слов или поступков своих родственников. Но потом почему-то он прекратил пользоваться этим способом.
Погружаясь в своё сознание всё глубже и глубже, Поттер медленно начинал вспоминать это место. Он так давно здесь не был, что совершенно о нем забыл. Пространство было огромно и бесформенно. Огромная белая плоскость, обозначающая пол и белые стены, охватывающие пугающих размеров пустоту. В дальнем углу юноша заметил маленькое тёмное пятно, на которое никогда раньше не обращал внимания, и, честно говоря, Поттер вообще не помнил, было ли оно здесь раньше.
Размышляя об этом тёмном угле, он понял, что тот всегда был здесь. Этот угол всегда был с ним, но за много лет Поттер так ничего о нём и не узнал.
Гарри знал, что давным-давно, еще когда был совсем маленьким, он начал отгораживаться от этой тьмы. Что огромными усилиями сдерживал её, будто воздвигал огромный барьер, держа её подальше от себя. Сжал её до размера небольшой точки и закрыл, задвинул в глубину сознания.
И сейчас, рассматривая это тёмное место, Поттер понял, что делает это до сих пор. Это превратилось во что-то вроде защитного механизма и на автомате работало даже сейчас. Он просто делает это и всегда делал. Тёмный угол окружал невидимый барьер, и теперь юноша чувствовал, как много магической силы уходит на его поддержание. Гарри задался вопросом: сколько же энергии он затратил, чтобы удерживать это небольшое нечто так долго.
Он снова посмотрел на тёмное место, стараясь определить, что бы это могло быть. Действительно ли оно так опасно, что стоит таких магических затрат, чтобы просто удерживать его от себя подальше. Сейчас этот угол казался ему совершенно безвредным. Разве что выглядел холодным.
Первый его эксперимент с этим тёмным сгустком был сопоставим с «потыкать длинной палкой». Только Поттер делал это мысленно, короткими быстрыми ударами.