И когда до него оставалось метров пять, я понял, что зверь абсолютно непуганый."
"Медленно достав нож, я метнул его, и подскочив к зайцу прекратил его мучения. В последний момент тот дернулся, и нож прошёл по касательной, однако этого хватило, чтобы не дать ему сбежать.
Став рассматривать животное, я обратил внимание, что у него была красная кровь, что давало надежду, что его мясо пригодно для пищи.
В любом случае, когда я его приготовлю, вначале попробую маленький кусочек, и если через пару часов никаких пагубных последствий не последует, уже нормально поем.
Рядом со мной прошла Наталья, и молча сев у дерева стала наблюдать за тем, как я освежовываю зайчатину. Примерно через четверть часа я сказал Наталье, что пора двигаться дальше.
- А чем тебе здесь не нравится? – спросила она.
- Опасно оставаться на окраине леса, – надевая рюкзак, ответил я. – Нужно найти большое и высокое дерево, и на нём переночевать. К тому же если здесь поблизости есть хищники, то они скоро придут сюда, почуяв запах крови.
Нарышкина кивнула, согласившись с моими доводами.
Заметив каким взглядом смотрит на воду Наталья, я спросил.
- Я пойду за дровами, у тебя будет около пятнадцати минут, чтобы помыться. Хорошо?
- А ты не будешь подглядывать?
Мне прям зарычать захотелось.
- У тебя пятнадцать минут, - повторил я, и не оборачиваясь пошёл в лес.
Отойдя на порядочное расстояние от берега, я стал собирать хворост. Я очень хотел приготовить зайца, и только после этого лечь спать.
Также я тоже очень хотел помыться. На мне весь день был надет бронежилет, из-за которого я сильно вспотел. Но в отличие от княжны я мог не стесняясь раздеться до трусов и в них зайти в воду. Мне было пофиг, что она будет видеть моё полуобнаженное тело.
Благо общество в Империи было довольно прогрессивное, и бассейн школы, и даже некоторые бани, были без разделения по половому признаку.
Когда я вернулся, Нарышкина уже вылезла из воды. И не став тратить время я занялся готовкой.
- Что ты делаешь? – спросила Наталья, когда я начал обмазывать разделанного зайца глиной. – Зачем ты его пачкаешь, оно же теперь стало несъедобным!
- Собираюсь запечь мясо, - спокойно ответил я. – Огонь мы разведём только для того, чтобы появились угли. Однако, когда стемнеет, я потушу костёр.