Она быстро запаковала сверток, аккуратно сложив в него содержимое так, как оно лежало прежде, и перевязала бечевку старым узлом. Потом поместила сверток на дно сундука и опустила крышку.
Одно было ясно. Нужно удвоить усилия в отношении Чейза. Ей не хотелось лишаться хрупкого доверия Розамунды, рассказав ему о свертке, но риск был велик.
С умом и решительностью, свойственными Розамунде, если девочка решится на побег, забрав с собой Дейзи, никакая школьная директриса не сумеет остановить их или выследить потом.
Если Чейз не проявит осмотрительности и отправит девочек в школу-интернат, это приведет к тому, что они просто исчезнут, и исчезнут навсегда!
Глава 18
Довольно крякнув, Чейз загнал последний гвоздь.
Все!
Он через голову стянул сорочку и, вытерев пот, отбросил в сторону. Потом отступил на несколько шагов, чтобы полюбоваться делом рук своих.
После долгих трудов его личное убежище было достроено.
Еще недавно это было «святилищем самоудовлетворения». Он делил это помещение со своей рукой с того самого момента, как в его дом вошла Александра Маунтбаттен. По правде говоря, когда он удовлетворял себя сам. Александра всегда присутствовала — в его фантазиях.
И выглядела так, как тогда, когда впервые вошла в эту дверь: аккуратно убранные черные волосы, потрепанный саквояж в руках.
Когда Чейз оглядел плоды труда нескольких недель, комната, которая должна была служить для сменяющих одна другую бессмысленных встреч, вдруг обрела новое предназначение.
Вот кресло, в котором Александра сидела и перечисляла недостатки его характера.
Вот деревянная панель, которую он навешивал на стену и поранил большой палец, а потом удивился, увидев ее на кухне, и она подарила ему поцелуй, самый волнующий поцелуй в его жизни.
Вот полка со стеклянной посудой, которую он расставлял в ту ночь, когда мучился от желания, погрузившись в фантазии, как привязывает обнаженную Алекс к столбику кровати, словно к мачте, а потом вылизывает ее тело от бака до кормы.
Александра присутствовала в каждом углу, в каждой нише этой комнаты. Он с трудом представлял себе, что сюда может войти другая женщина.