Каким-то образом ей удалось кивнуть и сказать:
— Я поняла.
— Вот и замечательно. — Его взгляд остановился на ее груди, налившейся желанием. Он продолжал говорить, а слова звучали словно за несколько миль отсюда. — Замечательно!"
"Затем его рука, сильная и мозолистая от физической работы, передвинулась ей на грудь, помяла и сжала ее, оттянула тонкую ткань рубашки. Выпущенный на волю коричневый сосок напрягся.
Чейз наклонился, накрыл сосок губами и поиграл с ним языком. Она задохнулась от пронзительного ощущения.
Стиснув рукой другую грудь, он принялся целовать Алекс в губы, шею, ухо.
— Я должен видеть тебя. — От его шепота у нее пробежали мурашки по коже. — Александра, дай мне посмотреть на тебя.
Она кивнула.
Не отрывая взгляда от ее лица. Чейз начал расстегивать пуговицы ее ночной рубашки. Первая пуговица расстегнулась без усилий, и он прижался губами к обнажившемуся участку кожи.
Взявшись за вторую пуговицу, Чейз вдруг остановился.
— У меня есть идея получше.
— Какая?
Чейз встал на колени рядом, засунул большие пальцы в промежуток между самыми нижними пуговицами и резко рванул сорочку, раздирая ее пополам.
Она уставилась на него.
— Зачем?
— Теперь я смогу купить тебе новую, теплую и красивую. — Стянул разорванную сорочку с плеч. — Кроме того, мне все время хотелось это сделать.
— Это было довольно возбуждающе, надо признать.
Чейз улыбнулся по-волчьи.
— Прекрасно! Тем более у меня нет никаких сожалений по этому поводу.
На этот раз он не лег рядом, а накрыл ее своим телом. Их ноги переплелись. Широкие мускулистые бедра прижали ее к постели. Наслаждение накатило волной — Алекс тихо застонала.
Он стал лизать и целовать грудь, провел рукой вниз вдоль ее тела, чтобы собрать в кулак остатки сорочки, терся бедром между ее бедрами в каком-то сводящем с ума ритме. Желание, как свора диких голодных бестий, подмяло под себя тело Алекс. Ни одна часть ее тела не осталась без внимания Чейза.
Ей стало очевидно — правда, довольно поздно, — что она должна тоже что-то предпринять. Обняв за плечи, она крепко прижала его к себе.
Движения Чейза замедлились. Опершись на одну руку, другой он нащупал подол сорочки, который по-прежнему прикрывал ее бедра, и отодвинул тонкую ткань. Потом положил руку на холмик внизу живота, глядя на нее не отрываясь. Кончиками пальцев — легко и нежно — поласкал между ног.