А с чего ему отвечать? Он же в каком-нибудь офисе стоит, а если кто и есть живой в порту, то наверняка где-то прячется. На корабле, например. Подняли сходни – и поди заберись к ним на борт. Эх, черт, а ведь может оказаться самым безопасным местом большой корабль, если от берега отвалить, но встать недалеко. Зомби плавают? А черт их знает, но в любом случае по якорной цепи в клюз не заберутся: на акробатов они не похожи.
Перепробовал все телефоны со всех сайтов, и все без толку. Ни один порт не откликался, зато удалось дозвониться в контору шерифа в Порт-Артуре, ее номер был в списке «аварийных номеров».
Телевизор же продолжал равномерно и поступательно грузить мрачными новостями. Просветов в них не было, ничего обнадеживающего я не услышал. И обвинять журналистов в намеренном сгущении красок смысла не было: они просто показывали действительность такой, какая она есть. А есть она именно такая – поганая."
"Так, надо домой позвонить. Специально оттягивал до того момента, пока не определюсь, куда дальше поеду.
– Золотая.
– Любимый.
– Что с мобильным? Я на него сначала звонил.
– Мобильные отключаются постоянно, – вздохнула она. – А городской телефон с Интернетом пока работают.
– Как у вас дела?
– Нормально, но час назад в поселке стреляли. Где-то в районе ворот, знаешь, где Cepera с Леной живут? Ну, у них еще две собаки?
– Вроде знаю…
Да, слева от ворот был дом из красного облицовочного кирпича, а во дворе часто бегали две немецкие овчарки.
– Володя пошел туда посмотреть, что к чему.
– Пошел? Зачем? – удивился я.
– У нас пока хватает здесь народу. Немного, но несколько домов есть. Зураб с Тамарой и мальчишками, что напротив живут, они здесь. Еще несколько семей, даже мальчиков выпускать во двор стали снова. Под присмотром, конечно, и к воротам не подпускаем, но пока пусть гуляют.
– Пусть, конечно.