Там определяются старосты и управляющие, и теперь появилась острая нехватка в надсмотрщиках. Нет, мы не в тюрьме, и потому надсмотрщики у нас имеют совсем другие функции. Что-то вроде полиции, представители власти на моей земле.
Благо, из всех спасенных пятнадцать человек изъявили желание вступить в гвардию. Точнее, изъявили желание намного больше людей, но эти пятнадцать были отобраны Черномором лично и одобрены для поступления на службу. У каждого из них есть военное прошлое, так что выполнять приказы умеют, а с физической формой как-нибудь разберемся.
У них за последнее время со здоровьем стало лучше, но еще есть куда стремиться. Скинуть бы годков десять, а то и двадцать. Но где же взять столько энергии…
— Ур урур! — появился на моем столе Курлык, и тут же ловко уклонился от летящего в него тапка.
— Где книги⁉ — прорычал я, тогда как голубь спрятался за диван, и только одна голова торчит.
— Ур Уруру… — развел он крыльями, мол, хранятся в голубятне. А почему они там, пернатый решил умолчать. — Урурур урур ур… — сообщил он, что у него есть крайне важная информация. — Урур ур?
— Ты еще спрашиваешь, сколько я готов дать за это зерна? — аж опешил от его наглости. — Тебе понравилось голышом ходить? Так могу снова устроить. Оставлю только на крыльях, чтобы летать мог.
— Урур урур… — поднял Курлык крылья.
Да, еще и одолжение какое-то попросил. Но это уже интересно.
— Ладно, если удивишь, оставлю тебе перья. Рассказывай, что у тебя там, — махнул на него рукой.
Голубь вылез из-за дивана, запрыгнул на стол, и важно расхаживая из стороны в сторону, начал диктовать адреса. Я действительно удивился, ведь давал ему это задание давно, не надеясь, что он сможет его выполнить. Закончив с записями, я отпустил голубя и позвал Черномора.
— Вот, — дал ему листок бумаги. — Возьми сильнейших бойцов и отправляйся сам. Каждого из этого списка нужно доставить в замок.
— Эмм… — старик повертел в руках список адресов. — А зачем?
— Убивать их буду, — пожал плечами и откинулся на спинку кресла. Черномор сначала улыбнулся, подумав, что я шучу, но увидев мое выражение лица, нахмурился.
— Напоминаю, что я не переступаю свои моральные принципы. Но вопросов задавать не буду, доверяю твоим решениям.