Я тоже ждал, пока он наслаждался ей в душевой.
- Чувствуешь меня? - потянул ее за волосы, заставляя лечь мне на грудь.
Рита послушно откинулась на спину и закрыла глаза.
- Боже, боже, - твердит она на повторе, ее тело мелко подрагивает, она больше не пытается вырваться.
Я расслабился.
Краткий рывок - и вошел до конца.
- Бл*ть, - не сдержавшись, выматерился ей в волосы и рукой обвил тонкую шею.
Всё.
Член в ней глубоко, по самые яйца. И мне до такой степени охрененно, что шкала удовольствия просто лопается, ломается нахрен.
- Жива? - нетерпеливо спросил на ухо. - Продолжаем?
- М-м-м, - сдавленно промычала она.
Это не ответ, но остановиться я уже не смогу, только заставляю себя не спешить, иначе за секунду кончу. Встретил тяжелый взгляд Ареса - брат медлит, но к нам присоединится все равно.
Когда-нибудь потом.
А пока я один.
С удовольствием начал двигаться.
Рита
От плавного движения члена внутри по телу ток бежит, эту дрожь не унять, меня всю колотит.
Не верю, но молю - пусть оно не заканчивается.
- Открой глаза, Рита, - в музыку вплелся требовательный мужской голос.
Нет. Что угодно, только не это, я не могу им показывать себя, свои чувства, я хочу к ним привыкнуть, распробовать их, это так терпко и вкусно.
- Рита, - снова позвали меня.
- Нет, - повторила вслух и голос сорвался, когда Севастиан приподнял меня за бедра и плавно двинулся. Сначала назад, а после глубоко мне внутрь, вышибая последние мозги.
Я никогда, никогда не думала, что бывает такое, что мне будет так остро и страшно, словно меня насаживают на толстую, раскаленную дубину, это как наказание, за мои желания расплата, я распята, и боль раскрывается в полную силу, всеми красками, она живет во мне и оттенки меняет, я самой себе признаться боюсь, насколько мне хорошо.
"- Бл*ть, не могу больше, - выдохнул на ухо Севастиан.
Тут же вздрогнула от легкой пощечины и распахнула ресницы.
Лицо Ареса напротив, на полных губах подрагивает кривая улыбка. Пальцами он обхватил мой подбородок, потянул к себе и языком коснулся губ.
- Кайфуешь? Не закрывай глаза, - приказал он, и горячий язык скользнул по щеке.
Севастиан продолжает двигаться.