Даже сама не зная, то ли потому,что так стоило сделать, то ли потому, что хотела хоть еще немного узнать о Владе, хоть и не следовало влипать во все еще глубже.
Влад скривился и отодвинул почти полную чашку с чаем. За последние пять минут он ни разу не закашлялся, и Леся сделала вывод, что лекарство начало понемногу действовать, хоть температура еще и не упала.
- Влад, тебе надо выпить все. - Она подвинула чашку к нему обратно.
- Не хочу, - он зевнул и устало прикрыл глаза. - Мне лучше.
- Надо, врач сказал пить много теплой жидкости.
Леся безнадежно посмотрела на упрямое выражение, появившееся на его лице, ясно показывающее, что ей не влить в него чай и силой. В какой-то степени она могла его понять -- за ночь это была пятая чашка. Но сути-то это не меняет.
Вздохнула. Поднялась опять, сходила к окну, и вернулась, бросив на простынь горсть конфет.
- А с шоколадом?
Влад приоткрыл глаза и удивленно посмотрел на блестящие обертки. Потом как-то странно улыбнулся, перевел глаза на нее, но взял чашку в руки.
- Знаешь, я в детстве никогда не получал конфет. Все Димке доставались, он был старше, лучше. Все умел, все делал как надо. - Влад откинулся на подушку и медленно пил чай, закрыв глаза. И одну за одной поглощал конфеты.
Леся же напряженно застыла, впервые слыша, чтобы он рассказывал ей о своем прошлом. Хотя, что-то, ей не очень нравилось то, что она слышала.
- Мне же доставались обертки, я их коллекционировал. А мать всегда говорила, что сладкое надо заслужить, я же, не был достоин, ведь даже попросить не мог -- лет до пяти нормально не разговаривал.
Но чай честно допил. Леся тихо наклонилась, проверяя его лоб -- кожа была мокрая, но теплая, не горячая. Температура начала падать. Забрав у него чашку, Леся отставила ту.
Влад что-то еще проворчал, удобней устроился на подушке и, похоже, снова крепко заснул.
Леся выключила лампу на тумбочке и легла на вторую половину кровати.