- Если даже любимую женщину вы доводите до того, что Олеся Павловна каждый раз от вас в слезах уходит!
Из всей возмущенной речи парня Влад уловил два слова ""любимой"" и ""в слезах"". Он не видел, что Леся плачет. И какого лешего ему так паршиво из-за этого?!
Он прикрыл глаза, которые и так закрывались сами собой.
- Она плакала? - Голос почему-то стал хриплым.
- Расплакалась, когда почти из холла вышла. - Ворчливо ответил водитель, недовольно скрестив руки на груди.
Влад тихо пробормотал ругательство, сжав пальцы.
- Я же извинился... - Пробормотал Влад, лихорадочно пытаясь обнаружить причину слез Леси.
Что он такого сказал? Признал, что не может без нее? Что нуждается в том, чтобы она была рядом? Что хочет ее больше, чем кого бы то ни было? А она расплакалась...
Он снова выругался.
Юра хмыкнул, скопировав его недавнюю насмешливую интонацию.
- Свободен! - Прорычал Влад не хуже Корсара. - Исчезни с глаз моих, а то, и правда, уволю!
Если парень и хотел что-то добавить, то благоразумно передумал и молча отправился к небольшому коттеджу, стоящему в стороне и немного позади от основного дома.
Ни Владислав, ни Корсар не удосужились проводить Юру взглядами.
""Любимую"". Он никогда даже не задумывался над тем, чем являются его чувства к Лесе. Влад просто хотел, чтобы она была рядом. Нуждался в ее постоянном присутствии, в смехе и ласке. Даже в упреках и укоризненном взгляде, когда ей казалось, что он играет не по правилам.
Произнесенное же Юрой так обыденно слово, выбило его из колеи. Оно не давало покоя и словно к чему-то толкало.
И что сегодня за день такой?! Что им всем от него надо?!
Юра не сердился на босса за угрозу. Подумаешь, он и не в таком состоянии духа того видел. Но вот Олесю Павловну было действительно жаль. Просто, по-человечески. Она не заслуживала того, чтобы Владислав Олегович ее так мучил. И ладно бы, она боссу безразлична была. Так нет же, Юра же видел, как именно прожил эти месяцы его шеф.