Мы сразу же двинули к кранам, которые обеспечивали быструю разгрузку судов. Всего таких было два, и к каждому из них мы хотели оставить по одному подарку на долгую память из ящика с динамитом и подожжённым шнуром.
К первому крану удалось подобраться достаточно просто. Рядом с ним стояло множество деревянных ящиков, между которыми, протискиваясь, мы оказались прямо у основания этого металлического монстра. Но сам кран всё-таки охраняли два бравых солдата. Но делали они это как-то вяло что ли. Видимо, никто не предполагал, что диверсию смогут провести прямо вот так с ходу без предварительных прелюдий.
Я подошел к ним и те, увидев хоть и младшего, но все-таки офицера, вытянулись во фрунт, и я соответственно потребовал их представиться, сообщив, что необходимо произвести смену караула, и они вместе со мной направляются ко второму крану. Не знаю почему, но эти вояки мне поверили, не уточнив никаких деталей. Хотя уверен по уставу караульной службы, с поста их мог снять и заменить на других бойцов только определенный командир, и уж никак не тот, которого они видели первый раз в жизни.
Поменяв караул, я повёл этих олухов в сторону пакгаузов, что в большом количестве находились на территории порта.
— Разрешите обратиться?
— Обращайся, — сказал я солдату, поворачивая голову в его сторону, сделав максимально суровое выражение лица.
— Господин офицер, куда мы движемся? — спросил рядовой, у которого на лице немного, но все-таки проявлялся хоть какой-то интеллект, в отличие от трех его товарищей по несчастью.
— Подскажите, куда мы направляемся?
— Отставить разговоры! — оборвал я его фразу.
— Двигаться за мной! Появился риск диверсии, и сейчас происходит смена абсолютно всех караулов на ключевых постах. Вам ясно?
— Так точно! — отчеканили солдаты.
— Тогда меньше болтовни! Мы направляемся с Вами провести тщательный осмотр пакгаузов, после чего вы будете направленны на усиление одного из постов охраны.
Как только мы зашли за первый пакгауз, Лёня, двигавшийся за мной, открыл огонь.