Ушел он так же незаметно, как и появился. Выскользнул из двери квартиры Никольского, забежал на этаж выше и там вызвал лифт.
Сергей еще раз перечитал донесение, повертел в руках зеленый контейнер. Чужим он был в его квартире среди оставшихся еще от его деда милых старых вещей. Эта зеленая банка с черными реквизитами на боку пришла сюда из мира установок «Град» и БМП. И показалось, принесла в квартиру запах пороха и гари.
Сергей поднял телефонную трубку, набрал номер Олега Кольцова.
— Родионов, — ответила трубка.
— Кольцова, пожалуйста.
— Кто просит?
— Никольский.
— Из 108-го?
— Да.
— Он выехал.
— А когда будет?
— Трудно сказать.
— Понимаете, у меня очень важное дело, могу я соединиться с полковником Комаровым?
Родионов помолчал. Потом спросил:
— А дело действительно важное?
— Чрезвычайно.
— Оставьте номер телефона, вам перезвонят.
— Но это очень срочно.
— Я понял вас, — ответил Родионов, — вам позвонят. Сергей положил трубку и пошел на кухню сварить себе еще кофе. Он даже не успел налить его в чашку, как в комнате протяжно-требовательно зазвонил телефон.
— Никольский.
— Добрый день, Сергей Васильевич, Комаров.
— Здравствуйте, Юрий Павлович, дело у меня к вам срочное.
— Слушаю.
— Не по телефону.
— Ого. Очень срочное?
— Приплыло ко мне по оперативным каналам два часа назад донесение по вашей линии, и очень серьезное.
— Вы же в отпуске.
— Трудовые будни — праздники для нас.
— Ну что, вы ко мне или я к вам?
— Как скажете.
— У вас кофе есть? — лукаво спросил Комаров.
— Найду.
— Тогда я к вам. Чтобы вы лишний раз в нашем доме не светились.
— Записывайте адрес.
— Обижаете.
Комаров приехал через двадцать минут. Он был, как всегда, элегантен, доброжелателен и весел. Таким, каким и должен быть настоящий контрразведчик. Но Сергей уже знал, какой напор, оперативная злость скрываются за внешней доброжелательностью этого человека.
Они так и не успели попить кофе. Как только Комаров увидел контейнер и прочитал донесение, он сразу же бросился к телефону.
Сергей деликатно вышел на кухню, стоял у окна и курил.
Он не успел докурить сигарету, как на кухню вошел Комаров.
— Кофе отменяется, Сергей Васильевич. Нам с вами надо подъехать на Лубянку.
— Прямо сейчас?
— Именно. Квартира у вас хорошая. Настоящая московская. Добрым старым временем пахнуло на меня.
— Квартира от деда осталась."
"— А кем ваш дедушка был?
— Адвокат.
— Чувствуется аура. А если не секрет, кто ваши родители?
— Мать — врач-педиатр. Отец — судья. Он погиб.