Истребители: Я – истребитель. Мы – истребители. Путь истребителя

Все разъяснилось, когда к нам подошел один из перегонщиков в звании капитана и доложил о доставке новейшей экспериментальной техники.

– Слушай, Сев, а он мне нравится! Штурмовик-истребитель, – словно пробуя на вкус, проговорил Сомин, сидевший в кабине ТА-3.

Я, стоя на приставной лесенке, хмурил лоб, с интересом изучая расположение приборов и органов управления.

– Хорошая идея. Можно не только расчищать воздух для бомбардировщиков, но и уничтожать зенитные средства перед налетом.

– И я о чем! Нужно облетать ее.

 – Старлей принялся двигать туда-сюда ручку сектора газа, проверяя, удобно это или нет.

– Пойду поговорю с перегонщиками, хочу узнать летные характеристики обоих типов машин. – Спустившись на землю, я энергично зашагал к группе командиров, стоявших у одного из МиГов.

Летные характеристики этих истребителей меня мало интересовали, я их знал, но все равно с дотошной подробностью расспрашивал пилотов об обоих типах самолетов.

Когда технику растащили по укрытиям, замаскировав в таких же капонирах, как и мой, – майор Запашный быстро оценил преимущества капониров – мы направились в столовую отметить поступление техники и отблагодарить перегонщиков.

Откуда взялись ТА-3, выяснилось к вечеру, когда прилетел комдив. Оказалось, что один из конструкторов приходится ему близким родственником и попросил помочь с продвижением машины в боевых условиях. Ну а куда ее отправлять, как не в известный среди летчиков полк, в котором служу я? Мне об этом рассказал Никифоров, вызвавший меня к себе, чтобы пропесочить за отношения с Лютиковой.

– Садись, – хмуро кивнул он на табурет.

Прикрыв дверь, я спустился на две ступеньки, сел и вопросительно посмотрел на Никифорова.

Несколько секунд политрук с интересом рассматривал меня, после чего, вздохнув, спросил:

– Ты в каких отношениях с военврачом Лютиковой?

– В дружеских, – осторожно ответил я, уже догадываясь, о чем пойдет разговор. В обоих полках царила какая-то атмосфера целомудрия – к девушкам ни-ни! Разговоров о них в землянках хватало, а вот завести отношения, вроде моих с Мариной, почему-то боятся.

Нет такой легкости, как в моем времени – перепихнулись и разбежались. Я был сперва удивлен, узнав, что все женщины у нас в полку живут в одной землянке. Ну кроме Марины, конечно, которой сделали исключение, но потом понял, что так они пытаются свести знакомства к минимуму.

– Я понимаю, что в дружеских. Но попытайся сделать их такими, чтобы их не обсуждали в обоих полках.