Удивленно подняв голову, я, как и все, посмотрел на непонятно откуда взявшуюся девушку-репортера.
– Вот тут можете встать, тут будет удобно, – сразу же заулыбался «вечный дежурный» Виктор. Который действительно стал «вечным». Не знаю, как он упросил оставить его в полку, но должность дежурного у нас теперь была занята надежно. Три дня назад он сломал руку, когда сел на вынужденную на нейтральной полосе. Самое смешное, при посадке он врезался в подбитый танк. Так в рапорте и написал причину травмы: «из-за тарана танка», что стало причиной долгих споров в полку и шуток на эту тему.
Девушку я вроде видел среди репортеров. Точно – она брала у меня интервью о личной жизни. Но как-то тихо, несмело, в отличие от остальных наглых и напористых, быстро оттерших ее в сторону.
«А ниче так, симпатичная. В моем вкусе. Главное, чтобы Мариночка не заревновала, а то уже вроде как и не встречаемся пока, а молнии глазами мечет. Нет, чую, пора переходить в активную фазу. Ой, пора!» – подумал я, возвращаясь к рапорту.
– Вот, товарищ капитан, закончил, – сказал я, вставая и отряхивая галифе от налипшей травы.
Написание рапортов происходило на свежем воздухе, что было правильно – штабная землянка, конечно, большая, но всех все равно не вместит.
– Ну-ка… Да, все правильно. Можете идти отдыхать, – разрешил Смолин, изучив плод моего творчества.
– Я на стоянку, узнаю, что там с моим МиГом.
– Ладно. Никитин поговорить с тобой хотел. Так что далеко не исчезай.
– Хорошо.
Девушка, что-то писавшая в большой – формата ближе к А-3 – альбом, резко закрыла его, когда я подошел к ней. Вернее, не к ней, а к Сомину.
– Нужно поговорить. Я на стоянке буду, – тихо шепнул я командиру, проходя мимо.
На стоянке все было в норме. Ходили оружейники, таща длинные ленты крупнокалиберных патронов для МиГов. Суетились механики, осматривая машины; бегали бойцы хозчасти, списывая утраты.
"– Чего звал? – присел рядом Сомин. Кроме него подошли мой ведомый и еще несколько пилотов. К этому времени я закончил и подал блокнот.
– О как? – только и сказал старлей, когда прочитал вступление, но потом только удивленно качал головой.