Помнишь ту связистку, которая подходила ко мне?
– Это над которой ты подшутил? Конечно, помню.
– Женились. Ребенка ждут. Судя по срокам, должен родиться в январе.
– Повезло. Живут, детей заводят…
– Это ты обо мне? – насмешливо хмыкнул я.
– А то! Ты у нас один такой резвый.
– Э-э-э. А Фомин?
– Ну скажешь тоже, он просто бабник…
Так, негромко беседуя, мы смотрели на звезды.
– Как тут у вас вообще?
– Нормально, двигаемся вперед. Слышал, корпус Богатова уже к Могилеву подходит?
– Да ну?!
– Ну да. Вчера еще передали, так что все, скоро Минск, а там и Брест.
– Хорошо.
– Это точно. Завтра вылет куда-то к Бресту. Слышал?
– Не слышал… Подожди? Как это к Бресту? На «таирах», что ли?
– Ага. У них дальность ого-го. Короче, что-то они там должны разбомбить. Идет звено Линькова. А это наши лучшие штурмовики, сам знаешь.
– Знаю, – рассеянно ответил я, обдумывая сказанное, – а что штурмовать будут?
– Не знаю, мне механик тайком сказал. Машины к вылету готовят, из боевого расписания их сняли.
– Интересно. Нужно завтра узнать у Покрышкина, куда он их отправляет. Ладно, пошли спать, утро вечера мудренее.
А утром я узнал, что вылет действительно будет, но не сегодня, а через три дня.
– Я точно не знаю цели вылета, там контрразведка работает. Летчиков они лично инструктируют.
– О как. Интересно. Ладно, что там с моей машиной?
– Доставили, Каплин уже посмотрел. Сказал, что до вечера восстановит. Твои у соседей задержались, там девичий полк базировался, ночники. К обеду у нас будут.
– Вот Казановы. Даже тут приключения нашли.
– Бедовые?
– Не то слово, я их именно по этим критериям и выбирал. В бою они не подведут."
"Покрышкин не обманул, Каплин действительно восстановил машину к вечеру. Я ее даже облетать успел.
Утром, сдав знание местности штурману полка, поднялся на свой первый боевой вылет.
В этот раз подстав с охраной не было, так что летели мы стандартной ловчей восьмеркой строем пеленга. Заметив, как ведущий первой пары покачал крыльями, привлекая к себе внимание, посмотрел, куда он повернул.
– «Восьмерка», обойди их, отрежь отход.
– Понял.
Через минуту мы атаковали сплотившийся строй бомбардировщиков. Я даже почувствовал уважение к их упрямству: немцы не свернули к себе, а продолжали идти к цели. Судя по направлению, к железнодорожной станции.
Атаковать сверху – самоубийство, это знал каждый охотник, куда лучше снизу.