Рядом – плотный крепыш явно кавказской наружности в кожаной куртке.
Как только «буханка» нырнула в рытвину, намеченную нами, я с двадцати метров послал пулю в заднее колесо. Попасть было нетрудно – Михаил притормозил, переключая передачи, так что скорость, и так невеликая, упала до минимума.
Попадание сразу сказалось, машину начало вести, громко взвыл двигатель и с хрустом заработала коробка передач. Взвыв в очередной раз, мотор стих. Наступила тишина.
– …ерное с колесом что-то, – услышал я знакомый бас Михаила.
Щелкнув замком, открылась пассажирская дверь впереди. Стрелял я именно с этого борта, поэтому кавказец, высунувшись, сразу разглядел пробитое колесо – оно находилось на суше.
– Хей, генацвале, колесо проткнуто, у тебя запаска есть? – сразу же воскликнул он."
"– Конечно, есть, – пробасил Михаил, обходя машину.
– Долго?
– Минут двадцать.
– Мы поможем, нужно быстро.
Оттолкнувшись от порога кабины, кавказец перепрыгнул лужу и приземлился на сухом месте. Проехавшая тут ранее «Нива» разбрызгала воду, поэтому после прыжка он, матерясь по-своему, заскользил, балансируя руками.
В это время Михаил отошел к противоположной нам сухой обочине и начал раскладывать сумку с инструментом. В этот момент я очередью в три патрона выстрелил по ногам стоящего на обочине кавказца.
Это был не бой, бойня – находившиеся внутри даже не успели схватиться за оружие.
– Вперед! – крикнул я, взметываясь из-под куста.
Степка остался на месте, мы же с Толиком выскочили на дорогу. Подскочив к главарю, я ударом ноги вырубил его. Толик дернул за ручку двери, отскочил в сторону, подождал и без промедления провел контроль, сделав по выстрелу в грудь каждого боевика.