— Иногда накрывает вдохновение при взгляде на посетителей, и я варю кофе, который бы идеально описал вкусом личность. Как вас зовут?
— Сколько тебе лет? — отвечаю вопросом на вопрос.
— Двадцать.
— А мне тридцать три, — я делаю глоток кофе, в котором переплелись молочная нежность и строгая горчинка робусты.
Бариста молчит и усмехается:
— И что? Тридцать три так тридцать три, — его глаза вспыхивают озорством. — Может, я люблю дам постарше.
— А если я замужем?
— Муж не стена, подвинется.
И я в который раз смеюсь.
— Как кофе? — спрашивает бариста.
— Мне нравится.
Расцветает самодовольной улыбкой:
— Добавить в меню?
— Тебе бы сверстницу очаровывать, — я щурюсь. — Я для тебя тетка.
— Вы не похожи на тетку, — смеется в ответ.
— В душе я самая настоящая тетка, которая жутко устала. Возможно, даже старуха, — делаю несколько глотков и отставляю кружку.
— Я еще не решил, — честно отвечает бариста. — И вы не замужем. Кольца на пальце нет.
— Какой внимательный, — поднимаю правую ладонь и растопыриваю пальцы, — приглядись повнимательнее.
От кольца осталась тонкая и едва заметная полоса.
— Сняли? — охает бариста. — Какое коварство!
Вытаскиваю из сумки кошелек и под кружку с авторским кофе кладу пятитысячную купюру. Бариста удивленно приподнимает брови.
— Сдачи не надо, — я слабо улыбаюсь. — Хороший кофе, поднял настроение. И да, добавь его в меню.
Прячу кошелек, встаю и шагаю к выходу. Мне в спину летят лукавые слова:
— Увы! Напрасно деве гордой я предлагал свою любовь!
Я оглядываюсь. Бариста обнажает зубы в улыбке и лихо откидывается назад на спинку стула:
— Александр Сергеевич Пушкин.
— Спасибо, — глаза щиплет от слез. — Это было мило.
— Буду ждать вашего возвращения и с обновленным меню.
Я коротко киваю и спешно покидаю кафе.
Глава 3. Королева
За окном кофейни на меня с улыбкой смотрит милый бариста. С ожиданием смотрит и молодым лукавством. Он не против со мной повеселиться. По глазам его вижу, что вернись я сейчас и позови его в уборную на “разговор”, то он не откажется. И я ведь могу так поступить.