– Так получилось, просто, – вздыхает.
– Короче, я в больницу!
Некогда мне чужие заебы разбирать, со своими бы разобраться.
Иду к машине, меня тормозит мент, приходится задержаться, чтобы дать показания.
Зависаю, пока разбираемся с произошедшим. Благо есть в свидетелях бабуля из соседнего подъезда, которая видела, как эта идиотка перелезла и упала сама, а значит, хотя бы не возникает сомнений, что ей могли помочь. Менты тут же теряют интерес.
В больницу приезжаю примерно через часа полтора.
Как ни странно, застаю здесь и Свята, и Эвелину.
– Как она? – спрашиваю хмуро.
– Под наркозом. Только что операция закончилась, – поясняет друг. – О, а вот врач, который оперировал, – кивает мне на мужика в маске и халате, проходящего по коридору.
Догоняю его, представляюсь, прошу рассказать о состоянии жены.
– Ну что сказать, – потирает устало лоб, – повезло вашей жене. Очень. Всё могло бы быть намного хуже.
– Что, простите, – глохну я. – К-какую беременность?
– А вы не знали? – поднимает бровь. – Срок небольшой, недель шесть-семь. Точнее – это к гинекологу.
Обтекаю…
Врач ещё что-то говорит, про период реабилитации, про покой, возможные последствия…
Я слышу это всё краем уха, только бестолково кивая.
У самого же в ушах бьётся набатом: беременна, беременна, беременна…"
"Недель шесть… Это задолго до моей командировки, и ребёнок вполне может быть моим… Даже, скорее всего, он мой, потому что не думаю, что Натаха настолько оторванная, чтобы косячить с левыми мужиками без защиты…
Чёрт… Как страшно, противно, безысходно…
Ребёнок… А ведь ещё не так давно я хотел его, а теперь…
Эта новость обрушивает на мою голову вдребезги ту идеальную картинку мира, которую я выстроил в своём будущем вместе со Снегуркой.
Она ведь не примет такого… Да и не заслужила эта чистая девочка тонуть в таком дерьмовом водовороте.
А если всё же ребёнок не мой? Да, можно будет сделать анализ, но это ведь небыстро? Боюсь, за это время Снегурка моя просочится сквозь пальцы, как песок, а я ничего не могу сделать, потому что чувствую, путы мои начинают душить сильнее, а вырваться шансов всё меньше.
Отчаянно хочется услышать голос моей девочки… Чёрт, даже телефон ей не оставил.