Выхожу из машины, иду через дорогу к только что открывшейся кофейне.
Сейчас я буду радовать мою девочку…
Покупаю кофе и пирожные с кремом и ягодами. Пока готовят мой заказ, захожу в интернет-магазин, заказываю доставку нового телефона.
Спешу к нашему номеру.
Захожу тихо-тихо…
Замираю. Девочка моя спит так сладко…
По постели разметались рыжие кудри, малышка в маечке и белых трусиках. Попка в них просто вау! Стройная ножка закинута на одеяло, обнимает во сне подушку.
Ласкаю жадным взглядом каждый изгиб её идеального тела.
Чувствую желание, но гораздо ярче другое – мне хочется прижаться губами к её коже, бьющейся на шее венке, собрать мурашки даже не для того, чтобы взять, удовлетворить рвущее вены возбуждение. Я хочу её запомнить…
Особенно вот то невероятное ощущение близости и тепла, которые родились между нами…
Внутри болезненно дрожит от липкого страха всё это потерять.
Как сохранить, как закрыться от злобного внешнего мира? К сожалению, это невозможно.
Достаю телефон, делаю серию фото, чтобы запечатлеть момент.
Аня ворочается во сне, ресницы дрожат.
И пока она всё ещё такая тёпленькая и невменяемая со сна, я ныряю к ней под бочок, улетаю от поцелуев в шею, вырез маечки, ловлю пухлую губку.
– Гордей, – вздыхает она.
– Не просыпайся. Хочу тебя так…
Опрокидываю её на подушки и улетаю в мой личный запретный рай…
Глава 36.
Я закормлена пирожными и залюблена до мурашек… Лежу почти без сил на груди моего мужчины, пока Гордей нежно перебирает мои волосы.
Мне страшно открывать глаза и что-то спрашивать…
Каждый раз, как только я пытаюсь что-то сказать, Гордей топит меня в новой порции нежности, заставляя улететь и забыть обо всём на свете. Единственное, что удалось из него вытянуть – Наталья жива, она в больнице, но прогнозы по её здоровью пока туманны.
И всё бы ничего, но я чувствую в Гордее какой-то надрыв…
Я лежу на его груди и прислушиваюсь к тревожно стучащему сердцу.
В номере задёрнуты шторы, полумрак, тишина…
Мы молчим, слушая неровное дыхание друг друга.
Его рука, едва касаясь, ползёт по моей обнажённой спине. Вверх-вниз, вверх-вниз. Это приятно.
Моя рука тоже оживает, я начинаю свой путь по его широкой шее, красиво очерченным грудным мышцам, прессу. Когда дохожу до дорожки жёстких волосков, уходящей под одеяло, Гордей ловит мою руку, подносит её губам.