Я не обратила внимания на то, что это за автомобиль, но он должен быть роскошным, учитывая высококачественные кожаные сиденья цвета карамели.
Наушники Нокса висят у него на шее, когда он сидит рядом с моим отцом, ни о чем не заботясь. Он улыбается как идиот, просматривая свой телефон.
Пожалуйста, скажите мне, что он сейчас не читает мемы.
Я здесь, напротив них, мои замерзшие руки зажаты между ног. Пряди мокрых волос и одежды прилипают к коже, а дрожь пробегает от головы до пальцев ног, несмотря на тепло в машине.
Все это не имеет значения.
Все мое внимание приковано к мужчине передо мной.
Папа.
Мой отец жив.
В кошмаре, который приснился мне этим утром, он тонул в луже собственной крови, крича мне, чтобы я бежала.
Как он может быть здесь сейчас?
Он смотрит на меня с теплотой, мерцающей в его глазах, специально созданных для меня.
Смутные воспоминания просачиваются обратно.
Тогда папа был строгим и помешанным на контроле. Персонал и папины друзья, одетые в черное, в которых я теперь узнаю телохранителей, дрожали при виде него.
Итан Стил — император Стил. Безжалостный бизнесмен и неумолимый враг.
Мой отец.
Когда я была маленькой, я смотрела на него с другой точки зрения, чем все остальные. Для меня он не был безжалостным, бессердечным человеком, которого все боялись. Он был папочкой.
Просто папочкой.
Он был из тех отцов, которые не просто читали мне сказки на ночь, но и исполняли их для меня.
Он водил меня на длинные пробежки под дождем.
Он спасал меня от монстров в озере.
Папочка никогда не хмурился, когда смотрел на меня. Когда у него был плохой день, достаточно было взглянуть на меня, и на его лице появлялась улыбка.
— Тебе удобно, принцесса? — спрашивает он тихим, но теплым голосом.
Принцесса.
Тогда я была его принцессой. Его любимой. Его наследием. Его шедевром.
Комок застрял глубоко в моем горле.
В течение долгих минут тишина единственный язык в машине.
Я наблюдаю за морщинами на лице отца. У него острая челюсть и высокие скулы, придающие ему нетрадиционный тип мужской красоты. Издалека мы совсем не похожи, но вблизи я разделяю толщину его ресниц и форму глаз — мои просто немного больше.
Он кладет локоть на край автомобильного сиденья и опирается на него, наблюдая за мной.