Однако, если наместник отправится обратно, куда бы то ни было, через катакомбы, магическая анестезия развеется…
– Ближе к делу, – поторопила я гильдийца, хотя уже подозревала, каким будет вердикт.
– Его бы оставить на одну ночь у вас, если на то хватит вашего милосердия, – договорил наемник. – Заодно он может охранять вашу спальню.
И хотя Корбу говорил абсолютно серьезно, глаза его смеялись.
– Что он способен охранять в таком состоянии? – проворчала присоединившаяся к нам Марсия.
– Ему нужно брать откуда-то энергию, птичка, – ответил гильдиец. – Повезло, что ранили не в живот.
Горничная лишь фыркнула:
– Моего милосердия хватит лишь на то, чтобы добить его. Но решать, конечно, госпоже Даргуа.
Я побарабанила пальцами по столешнице.
Взгляд мой упал на план застройки. До замка даже напрямки идти неблизко. Не меньше часа. Не то чтобы я преисполнилась сочувствием к лорду-герцогу, до сих пор он не сделал ничего, чтобы заслужить хорошего к себе отношения, однако, свое участие в плане наместника я пока не отбросила.
Если для этого нужно было всего лишь потерпеть лорда-герцога под своей крышей…
К тому же Кальдерра или его подручный совсем обнаглели, и могли залезть в дом. Помощь источника своему хранителю – это, конечно, замечательно.
Да и уточнить кое-что по плану, который предлагал Сангриено, не помешало бы.
Я вздохнула.
– Пожалуй, прежде чем оставлять у себя невыносимую светлость, я посмотрю, так ли его состояние печально.
Корбу поклонился. Сегодняшний его поклон разительно отличался от того, который он изобразил при первой нашей встрече на площади рыбаков.
– Мои дела на сегодня еще не окончены, – сказал гильдиец. – Вынужден вас оставить.
Я посчитала неприличным спрашивать, какие дела стались у наемника после полуночи. В самом деле, мне бы со своими разобраться. У меня в соседней комнате подпорченный лорд-герцог.