"
"Если Ксюша скажет, что больше не хочет видеться с ними после всего произошедшего здесь, то я сделаю все, чтобы исполнить ее волю. Потому что я и сам не хотел, чтобы Ксюша была рядом с этими придурками, которые не умели себя нормально вести и выводили меня этим самым на откровенный конфликт. Но если она решит, что хочет с ними дружить, то мне придется научиться контролировать свой буйный нрав.
В кармане завибрировал мой телефон, и я, достав его, поднялся с дивана.
— Я сейчас вернусь, — пробормотал я охваченной паникой Ксюше.
Она прикусила губу и понимающе кивнула. Бросив на Черепа, который начал радоваться перспективе остаться с Ксюшей наедине, тяжелый взгляд, я отошел в другой конец комнаты и ответил на звонок.
— Да, — сказал я в знак приветствия.
— Я перевел деньги, — сказал тихий, скрипучий голос.
— Хорошо, — коротко ответил я.
— Спасибо.
Отключившись от короткого звонка, у меня перехватило дыхание. Я шумно выдохнул через нос и, убрав телефон в карман, направился обратно к дивану.
Он смотрел на нее с чистой ненавистью во взгляде.
Череп, Даня и Ксюша не уловили его выражения, потому что оно было почти мимолетным. Громов толкнул Влада локтем в бок, чтобы привлечь его внимание, и выражение его лица разгладилось. А мне удалось заставить себя возобновить шаг, но не отрывая глаз от Рябинина.
Что это, блять, только что было?
Глава 23
23.1. От хауса к смущению
POV Ксюша
Зазвонил телефон и я оторвалась от книги, чтобы посмотреть на человека отвлекшего меня от столько увлекательной книги, да еще и в самый напряженный момент главы.
— Да, мам, — сказала я, ответив на звонок.
— Ксень, милая, — отозвалась мама. — Сходи, пожалуйста, в нашу спальню и посмотри, нет ли на отцовском столе толстой синей папки.
— Сейчас, — ответила я, поднявшись с кровати и направившись в родительскую комнату.
Зайдя, я тут же обомлела от хауса, творившегося на рабочем столе отца. Стол был загроможден стопками папок и бумаг, какие-то уже упали, а какие-то еще держались с помощью каких-то высших сил. Как отец мог работать в таком беспорядке — оставалось загадкой.
После нескольких минут тщетных поисков я сдалась.
— Нет, мам, я нигде ее не вижу, — сказала я маме, ожидающей на линии.
— Я его убью, — пробормотала она.