— Помоги… мне… пожалуйста…
— Заставь его заткнуться, — пробормотал я и тут же нога Рябинина с размаху опустилась на спину этого ублюдка.
Ксюша прикрыла рот, чтобы не закричать. Ей уже было не просто страшно.
Она была просто в ужасе.
— Рябинин, не надо! — Громов в два шага вернулся к парням и за капюшон оттянул Влада в сторону. — Только не перед Ксюшей!
— Я просто сделал то, что мне сказал Леха, — невозмутимо ответил Влад.
Глаза Громова метнулись ко мне.
— Ты тупой урод! — прорычал он, его лицо полыхало гневом.
Разве это не было очевидно?
Я сжал кулаки и стиснул зубы, пытаясь сохранить спокойствие.
Потому что Ксюша должна была бояться меня.
Ей нужно было напомнить о том, с каким человеком она была, и разочаровать ее.
И ей нужно было возненавидеть меня так сильно, чтобы перестать любить. Чтобы она могла вернуть себе свое сердце.
Затем Ксюша сорвалась и побежала прочь. Даня бросился за ней, пока я стоял на месте и проклинал самого себя.
А потом я услышал то, отчего у меня перехватило дыхание. В груди стало тесно и я закрыл глаза, сделав рваный вдох.
Звук продолжал доноситься до меня и он был настолько чудовищным, что разрывал мою плоть.
Это был крик Ксюши.
Она умоляла отпустить ее.
Я нашел в себе силы и, пройдя коридор, вышел за ворота. Ксюша прижалась спиной к высокой ограде, а Даня стоял прямо перед ней с поднятыми руками, тем самым пытаясь ее успокоить.
— Я не причиню тебе вреда, Ксюша.
— Отойди.
— Ксюша, пожалуйста, послушай меня. Это не то, что ты думаешь.
— Отойди!
Ее взгляд встретился с моим и из нее вырвался сдавленный крик. Даня повернул голову и его обеспокоенное выражение превратилось в убийственную ярость.
— Урод! — сказал он твердым, рычащим голосом.
— Оставь нас, Громов, — приказал я.
— Так это был твой план?
— Заткнись.
— Если бы я знал, то вбил бы в твою башку, какая это хреновая, мать твою, идея! — прорычал Громов.
— Заткнись и оставь нас! — прорычал я. — Возвращайся и продолжай делать то, что делал.
Даня ткнул пальцем меня в грудь.
— Надеюсь, ты сделал правильный выбор, Орлов, — процедил он сквозь стиснутые зубы. — Надеюсь, ты не пожалеешь, что отпустил ее вот так.
Бросив на меня убийственный взгляд, он ушел, сильно задев меня плечом, когда проходил мимо. Ксюша все еще стояла, прижавшись к забору, а когда я перевел взгляд на нее, она задрожала.