Я не сказала им, что мой парень был грубоват на вид и очень сексуален. Я не сказала им, что мой парень — Леша, главный хулиган университета!
Я съежилась, мысленно представив первую встречу Леши, в амплуа плохого парня с татуировками и разбитыми костяшками, и моих родителей, чопорной мамы и слишком заботливого отца.
О Боже…
Мои родители убьют меня.
Раздался стук в дверь и я услышала мамин голос.
— Ксень, ты занята?
Я убрала подушку от лица и села на постели.
— Нет, мам. Ты что-то хотела? — отозвалась я, немного задыхаясь от крика.
— Ужин готов.
Я моргнула в недоумении. Я не помнила, чтобы я готовила ужин, и не помнила, чтобы мама заказывала доставку еды.
— Что значит ""ужин готов""?
— Это значит, что я уже накрываю на стол.
О-о-о… Нехорошо это…
— Ты приготовила ужин? — я поморщилась от этой мысли, а потом начала подниматься с кровати. — Мам, ты приготовила?
Я услышала мамин смех через дверь и меня тотчас начало подташнивать.
— А ты выйди и узнай.
Я надеялась, что ответ на мой вопрос будет отрицательным.
Я громко вздохнула, когда за дверью послышались ее удаляющиеся шаги. Что-то было не так. Родители должны были приехать не сегодня, а на следующей неделе. Слава Богу, они не застали меня целующейся с Лешей на пороге.
Выйдя из своей комнаты, я направилась на кухню. В гостиной я застала папу, который нервно вышагивал по комнате. Он остановился и улыбнулся, когда я подошла к нему.
— Мама приготовила ужин? — спросила я его.
Его улыбка тут же сникла и он тяжело вздохнул.
— Надеюсь, что нет.
— Я все слышала! — крикнула мама из кухни и я почувствовала, как папа напрягся. — Идите уже к столу, — продолжила она елейным голосом.
Мы скривились, посмотрев друг на друга и, смирившись с судьбой, поплелись на кухню. Мама стояла у стола в фартуке, ухмыляясь нам триумфальной улыбкой. Мы с папой синхронно застонали, увидев блюдо на середине стола, накрытое непрозрачной крышкой.
— Папа, что ты наделал? — прошипела я шепотом, пока мы стали обреченно занимать свои места за столом. — Ты снова разозлил маму?
Он посмотрел на меня с притворной обидой.
— Ксюш, неужели ты обо мне такого мне? Я не сделал твоей маме ничего плохого.
— Но она готовила! Она готовит только тогда, когда расстроена, обижена или зла.