Колодец и бабочка

В непривычном молчании вся группа потянулась за Наташей, как гуси за вожаком. Только на лестнице у Зиночки прорезался голос: она пробормотала, что лифт не помешал бы… или хотя бы поменьше ступенек… Но ее никто не поддержал. Казалось, каждая из них осмысливает случившееся.

Гуськом они просочились в кабинет и расселись по местам."

"Наташа встала за столом и оглядела свой класс.

Они обратили к ней выжидательные лица – Зиночка, Коляда, Римма, Костецкая, Лидия Васильевна… Напрашивалась мысль, что нужно сказать несколько проникновенных фраз, поблагодарить их за вмешательство. Однако Наташа чувствовала, что любое упоминание о сцене в директорском кабинете каким-то образом повредит их победе. Поэтому она молчала. Но в ней крепло ощущение, что здесь и сейчас она – на своем месте. «Никуда не уйду, пусть Коростылева хоть наизнанку вывернется». И кабинет, и ее ученицы, и Татьяна, с которой они договорились встретиться вечером, и все это огромное, сложное, бесконечное лето – все вдруг сложилось в картину, где она была неотъемлемой частью.

Било в окна солнце, светились зеленые плоды в вазах, словно напоминая, что неподалеку, буквально за углом есть калитка в райский сад, где можно валяться под деревом на вершине холма, грызть яблоки, смеяться и смотреть, как носятся по склону, хохоча, твои прекрасные дети, а с ними небесные бегемоты и домашние драконы, хранители детей…

– Повторюсь: наша сегодняшняя тема – сказочный пейзаж, – негромко сказала Наташа и по легкому движению Лидии Васильевны поняла, что всё сделала правильно.

 – Ну что же – вперед, за Белым Кроликом?

В солнечном воздухе над ее головой на мгновение проявилась и тотчас растаяла, не замеченная никем, широкая улыбка.

Возможно, кота.

Возможно, рыжего."