Я не заметил нигде полицейских глайдеров, а если бы меня брали именно полицейские, то они точно были бы, сопровождая такси. К тому же управление полиции было чуть в стороне, а летели мы в другое место. Я не знаю, где находится главный офис таксистов, где сидят диспетчеры, но уверен, летели мы именно туда. Видимо, кто-то из диспетчеров понял, кто я, и решил срубить деньжат по-лёгкому. Уверен, в конечной точке меня ждет диспетчер с гражданским шокером в руках. Сообщивший местоположение беглого раба получает треть от премии, а основную сумму берут те, кто его повяжет.
Два часа ожидания я провел в экранированной трубе, чтобы нейросеть не отправила сигнал об активации в местную сеть, и вот, наконец, перед моими глазами развернулась привычная голограмма корпорации «Нейросеть», сообщая об активации импланта. После запуска я сразу вошёл в настройки и отрубил связь, как приём, так и отправление, совсем отрубил, оставив все остальные функции прежними, а рабочий стол настроил в привычной для себя манере.
* * *Закинув ноги на ящик, я пошевелил пальцами и, надев солнцезащитные очки, дал солнцу возможность нанести загар по всему телу.
– Лепота.
Солнечные лучи хорошо так прожаривали, нанося на кожу ровный светло-коричневый оттенок. Балдел я уже третий день, отдыхая от сталкерства и других поисковых работ.
Когда солнце стало невыносимо горячим, я встал с анатомического кожаного кресла с потрескавшимся покрытием и, размяв плечи, оттолкнулся от края площадки и нырнул в бассейн, уйдя на трёхметровую глубину.