Сейчас поем, разберусь с сообщениями и займусь ботом… Да, а потом почта, нужно разобраться с завалом писем и отправить сообщение для Сола, что со мной всё в порядке, а то как-то невежливо получается. Ничего, у меня еще два дня впереди, перед тем, как лечь на следующие десять дней. Думаю, всё решу и всё сделаю.
По корабельному времени было три часа ночи, поэтому я не стал никому отправлять ответные сообщения до утра. Сейчас, завтракая, я размышлял о выученной базе. Надо сказать, у меня появилось много тех специфичных знаний, которые не дадут в будущем сделать фатальную ошибку, и это еще только пятый ранг.
В следующие десять дней закончу эту базу и начну учить пилотские. Пора уже, как раз импланты нормально встанут, и дадут новые возможности, уменьшая время обучения.
После завтрака, я посетил санузел, приняв душ, искупаться в бассейне поленился, хотя искин и подогрел воду, и направился проверить выполненное им. По кораблю у меня никаких претензий не возникло, а вот по боту – да. Пришлось откачивать из трюма воздух и по обшивке направить к нему пять инженерных дроидов. Они сняли и уже правильно установили два манипулятора, проведя диагностику остального оборудования, после чего я их отправил обратно и велел вернуть в трюм атмосферу.
Пройдя через шлюзовую на борт бота, мельком заглянул в трюм, там лежали пустые кофры из-под установленных манипуляторов и от других запчастей и еще кофры с запасными манипуляторами. Во втором боте было то же самое. Зайдя в рубку, я сел в кресло пилота и отдал приказ на отстыковку, под прямым управлением отвёл бот в сторону. Тот слушался меня безупречно. Покрутившись вокруг шахтёра, я завис у одного из его бортов, задумчиво разглядывая один из шахтёрских средних контейнеров.
– Ладно, пусть висят, для антуража пойдёт.
Вернувшись к шлюзовой, я произвёл стыковку в ручном режиме, после чего вернувшись на борт «Ан-Юго», направился в трюм. Пора проверить свои знания по управлению диверсионными дроидами и дешифраторами. Вон, у меня целый полигон под ногами, то бишь «Ан-Юго».