За следующие два часа мы побывали в трюме и на внешней обшивке, посетив один из кораблей, что находился на внешней подвеске. Это был средний люмерский носитель четвёртого поколения модели «Рой». Он не был мной законсервирован, как остальные корабли, его искины действовали. Два из пяти реакторов работали на полную мощность, поэтому, когда мы магнитными захватами ботинок щёлкали по корпусу транспорта, обходя одну из ракетных пусковых, я отдал приказ на открытие створок лётной палубы. Так что, оттолкнувшись от обшивки «Кашалота» и пролетев около ста метров, мы оказались на палубе «Роя», пройдя через щит.
Активировав открытие скафандра, на борту была атмосфера, я осмотрелся и в тот момент, когда начало зажигаться потолочное освещение, до этого было только дежурное, широким жестом руки указал на длинный ряд истребителей и штурмовиков.
– Это средний люмерский носитель четвёртого поколения модели «Рой». Не самый большой носитель, честно говоря, предназначен для патрулирования и сопровождения конвоев, но он может принять на борт около ста судов москитного флота, включая обслуживание и ремонт.
Честно говоря, я уже начал уставать от роли гида, языком приходилось молоть постоянно, но интерес Сола всё не угасал.
– А можно прокатиться на такой машине? – спросила Малия, погладив покатое аэродинамическое крыло машины класса космос – атмосфера.
Заметив, как оба Сола отрицательно мотают головами, причём так, чтобы этого не увидела их дочь, я с сожалением ответил:
– Я бы с удовольствием дал тебе покататься на таком «ястребке», но у тебя базы гражданского флота. Тут нужна специальная, военная. Кстати, это планетарный бомбардировщик, их на борту шесть штук, а не перехватчик, как ты подумала.
– Ничего, я выучу нужную базу и полетаю, – уверенно сказала Малия."
"Заметив, что гости устали, я предложил свернуть экскурсию и вернуться в кают-компанию, где всё ещё ждали официанты.
К сожалению, Сола, поужинав, вежливо отказались дальше гостить у меня, решив возвращаться домой.