Я в тот момент впаривал одному перекупщику два оставшихся у меня ремонтных дока и складской модуль, когда сообщение капитана оторвало от этого интересного общения. Махнув рукой, я отказался продавать модули перекупщику за заявленную им цену и отключился, после чего, выслушав Сенова, кивнул, сообщив:
– Дел у меня сейчас особо нет, можно спуститься и пообщаться. Через четыре дня вылетаем на Торен, так что готовься. У нас мелочь осталась, продадим и вылетаем.
– Хорошо, ваше высочество. К «Кашалоту» вылетел катер, он доставит вас на планету.
Все переговоры и торги я вёл на борту «Кашалота», у меня было специально оборудованное помещение для общения с дельцами и покупателями. Лично я с ними не встречался, общался с помощью аппаратуры связи. Работал я только под видом Ворта Трена. Покинув помещение, потягиваясь на ходу, я направился к себе. Нужно сменить мой привычный инженерный комбез на что-то более подобающее, чтобы не ударить в грязь лицом при общении с отцом. Тот постоянно в парадном мундире со мной общается.
На борту я был один, все остальные находились в увольнении на планете, да дежурная смена на «Гноме», поэтому, переодевшись я перевёл транспорт в ожидающий режим, теперь без меня никто не сможет попасть на борт, прошёл через шлюзовую на прибывший катер. Президентский, не иначе, слишком роскошен. Именно на нём я спустился на поверхность планеты. Особо осмотреться мне не дали, только и заметил голубое небо над собой да десяток флаеров. Сели мы в пригороде, и транспортный поток, как я посмотрю, тут был приличный.
Сотрудники центра связи встретили меня на посадочной площадке и сопроводили в помещение, у входа в которое переминался с ноги на ногу капитан Сенов. Как оказалось, соединение уже было установлено, и отец был на связи. Я немного запоздал. На минуту.
Пройдя в комнату и поздоровавшись с отцом, я узнал, как у него дела и причину этого вызова.
– …Рино я уже пообщался с Тимом. Мои офицеры нашли его в этой варварской империи и передали моё послание. Я разговаривал с ним через систему гиперсвязи и понял, что тот не принял в отношении своей родной семьи какого-либо решения.
– Как-то особо не хочется. Меня уже пытались сделать рабом на этой планете. Причём не один раз.
– В этот раз ты полетишь под своими настоящими документами, и тебя никто не посмеет тронуть.