Крепостная

Но зовут ее сейчас Мадлен!

— Вот это новости! Значит, нам надо срочно купить билеты? – я то смотрела на Евгения, то бросала взгляд на дверь, ведущую из гостиной. Мне и правда не терпелось собрать вещи и сесть с чемоданом у двери в ожидания утра.

— Билеты уже взяты. Я не мог допустить, чтобы ты, дорогая моя, пропустила это зрелище. Да и, помнится, ты хотела попасть на выставку, куда тебя зовут письмами больше полугода…

— Евгений! Милый мой угодник! Да к черту те выставки! Для меня важнее было, чтобы дети не болели.

Ну как я их оставлю? Ванечке всего год!"

"— Ванечка уже ходит сам, чем удивил всех вокруг. Ты его к трем годам и читать, вероятно, научишь. Василий-то лентяй: три года почти, а он лежит, листочки на полянке разглядывает. Художником, наверное, будет. А вот Ванюша…

— Да. Ваня весь в тебя: шило везде, никакой управы, - я уселась обратно к мужу на колени.

Мы все ждали дочь. Причем и в первый, и во второй раз. Я понимала, что двумя детьми дело не закончится, и была не против.

Мне было в диковинку и в радость растить детей с мужем, который любит их и балует не меньше, чем я сама. Даже представить не могла, какое это счастье. И понимала, как много потеряли мои сыновья из прошлой моей жизни. Если бы не Борис, что взял их под свое мужское крыло, тяжело им пришлось бы в жизни. Но Бог, как оказалось, был добр ко мне, раз посылал таких людей мне в друзья.

Петербург кипел жизнью, кажется, еще более активной, нежели в прошлый мой приезд сюда.

Мы остановились в хорошей гостинице. Я, наконец, перестала, словно наседка, каждый час вспоминать о том, что дети дома остались «сиротами». Зато вспомнила о днях, когда сломя голову Евгений прибежал мне на выручку, как сделал все возможное, чтобы я не переживала и не боялась грядущих трудностей.

А самое главное: вспомнила, как терпеливо он ждал моего согласия, как бережно относился к моим идеям и не ломал моего характера.

Первой, кого я встретила в тюрьме, была Ольга.

Та самая рыжеволосая, похожая на эльфа девушка. Она узнала меня и в ту же секунду принялась расспрашивать о Германе.

Пока мы ждали Владимира, я все рассказала и еще раз поблагодарила девушку за всё сделанное для нашей семьи.

— Я буду давать показания против нее, Надя. Мне и стыдно, и страшно, что так поступаю с подругой. Но она не стоит переживаний…

— Как и твоего стыда за свое решение, - поддержала я девушку.