- То есть… как?
Такая смешная мордашка! Зацелованная, глаза еще осоловелые после того, как она получила свою дозу удовольствия.
Обожаю ее такую! Может… закрыть дверь? И не выпускать? Нет, так нельзя… там же малышка в комнате.
- Знаю, Ася, знаю! – она пытается отстраниться, видно, что напугалась неожиданно, - Тише, куда ты? Успокойся. Давай я сейчас оденусь, мы пойдем в детскую. Ты же Алёнушку там оставила? Вот! И все друг другу расскажем!
Отпускать ее не хочется, но надо.
Она смотрит, изучая меня, я на расстоянии ощущаю вибрацию ее тела, стук сердца."
"Быстро направляюсь в гардеробную, хватаю спортивные брюки, в которых дома хожу, майку-поло натягиваю. Выхожу. Ася стоит в той же позе.
- Малыш, ты чего? Ну? Все в порядке!
- Ты… ты сказал «ну»…
- Ну, сказал, и что?
- Стрельца ты троллил…
- Стрелец заслужил. – так, с чего она вдруг о нем? – он тебе нравится?
- Он не плохой человек.
Не плохой человек, звучит обнадеживающе, для меня.
- А я какой?
- Ты? – опять губу кусает! Негодяйка! – ты… не знаю какой.
Стоит глаза потупив.
- Я самый лучший, Ася.
Вижу, как уголки губ вверх ползут, чуть-чуть, самую капельку, но от этого прям тепло-тепло в груди.
- Ты от скромности не умрешь.
- Это точно. Пошли?
Она снова голову опускает.
- Не бойся, допрашивать не буду. Это не ты мне все рассказать должна, а я тебе.
Поднимаю ее на руки и выношу из спальни – коридор пуст, выдыхаю, не хватало еще, чтобы нас застукали! Это пока рановато.
Заходим в детскую, ну, вернее пока это гостевая, но скоро будет детская.
Смешная Алёшка спит в тихо покачивающихся качелях. Слышу, как Ася выдыхает. Волновалась за нее, значит. Хорошо.
- Спит, отлично. Скоро надо будить, за стол пора, даже не знаю, обед, или уже ужин.
За окном и правда уже темно. Пока мы собирали их вещи дома, пока ждали Марусю из школы, собирали ее, потом ехали. Потом…
Ставлю Асю на ковер. Она снова становится отстраненной.
- Роман, я очень виновата перед вами.
- Ты после всего говоришь мне «вы»?
- Я вообще не знаю, что говорить!
- Я тебе помогу. Говорить буду я. Сказал же?
Вздыхает, мне становится жаль ее, так переживает, моя девочка.
Тяну ее вниз, мы садимся на ковер перед качелями.
- Гена-крокодил ко мне приходил.
- Когда? – скидывает глаза, испуганно.
- Когда? После того, как мы вернули твою дочь. Перед тем как тебя этот идиот сшиб.