На подземелье снова опустился полумрак, в котором раскаленными угольками пылали глаза моего дракона.
Глава 73
Символы погасли. Один за другим они меркли в этом полумраке. Красные всполохи магии крови, так и не найдя жертву, уходили в каменный пол. Вдоль стен снова можно было различить слабое мерцание зеленых грибов, груздями ютящихся на старых прогнивших ящиках для растений.
Ничего более не напоминало о том, что всего несколько секунд назад здесь царила сама смерть.
Ничего, кроме огромного дракона, друида, стонущей от боли женщины в центре круга и девяти бездыханных тел на полу.
Больше всего сейчас я боялась спросить — живы ли они. Пугал не сам вопрос, а то что я могу услышать на него в ответ. К такому я не была морально готова. Поэтому просто сжавшись, ждала, когда же хоть что-то прояснится само.
Дракон, остановившись над нами, хлопнул огромными крыльями, задевая шипастыми отростками стены и выбивая искры. Они россыпью падали на серый грязный пол. Покачав тяжелой головой, ящер взревел, из его пасти вырвалось темное пламя.
И снова рев. Тело древнего черного дракона подернулось обсидиановым мерцанием, черты расплывались и развеивались. Это было столь завораживающе, что я затаила дыхание.
Темная магия отступила и на месте дракона оказался снова Дункан Рамирье принц Альманца... только без одежды. Совсем. Ни ниточки, ни тряпицы. Сглотнув, я приказала себе закрыть глаза, да не выходило. Они продолжали таращиться на мужчину.
— Матеус, — рявкнул мой жених. — Шустро метнулся ко мне и свою рубашку отдал.
Послышались быстрые шаги. Суетливые. Из тени выскочил мой брат, раздеваясь на ходу.
— Где Бель? — он с вытаращенными глазами осматривал пространство вокруг, не замечая меня. — Где моя сестра? Я как отцу об этом расскажу?
— Успокойся. Она рядом с Триалем, — выдохнул Дункан. — Иди к ним и освободи. После поможешь мне с телами. Время играет против нас. Нужно вытащить их из круга и унести к дальней стене.
С этими словами он выхватил у Матеуса рубашку и спешно завязал на своих бедрах, прикрывая внушительное мужское достоинство, которое мне, как невинной девушке, вообще видеть было до свадьбы не положено.
— Как я ему в глаза смотреть теперь буду? — прошептала испуганно.
— А сейчас что мешало в глаза смотреть? — тихо засмеялся Триаль с какими-то нотками истерии. — Женщины, что в ваших головах.