— Эх, ты! А говоришь, все понимаешь, — сказал он и поднялся. — Это же самое простое. Ты рассказал Алёшке о том, что услышал в подъезде, а он следователю. Вот и все. Невнимателен ты, Пашка.
Отец пошел из комнаты, но в дверях приостановился и, так это хитро прищурившись, глянул на меня.
— Кстати, мог бы уже давно заметить Алешкин подарок, — посмотрел он куда-то позади меня и вышел из комнаты.
— Где?! — спросил я, оглядываясь.
И тут ка белом подоконнике я увидел новенькие туристические ботинки. Желтые с красными шнурками, они поблескивали под яркими лучами солнца.
Мне вдруг стало очень хорошо! Я сразу почувствовал, что так приятно лежать дома под мягким большим одеялом и слушать, как весело чирикают под окном воробьи.
Хлопнула входная дверь, и я крикнул:
— Пап, кто там?..
— Ну кто же еще, конечно, твой друг, — отозвался отец.
— Это Фимка! — обрадовался я.
Мне так много надо было ему рассказать!.."