Богом! — зло отрезал Петр.
— С этим согласен, — добродушно сказал Роткевич. — И не только Богом, но и людьми. Как-то не снизошло мне в жизни благодати ни с небес, ни от тех, кого Он создал по своему образу и подобию. Все больше дерьмо, а не манна небесная, на голову валилось.
— Кто что заслуживает, — подытожил Петр. — Ублюдку — ублюдково...
— И с этим соглашусь, — кивнул Роткевич. — Вот и тебе свалилось на голову нечто не от Бога. Да так, что ты память потерял. Не от праведной жизни это наказание."
"— Не тебе судить, — негромко сказал Петр.
— А кто знает? Вдруг я и есть тот судия, который послан оттуда, — Роткевич повел шестом в потолок, — чтобы воздать тебе за дела твои?
— Сомневаюсь, — криво усмехнулся Петр. — Я хоть и Дракон, да ты на архангела не тянешь.
— Посмотрим, тяну или не тяну, — еще шире заулыбался Роткевич. — Последний раунд — он трудный самый... Или бой? Тебе конец!
— Увидим... — кивнул Петр и отвернулся.
Глава 19
Мэнуки для Дракона
У них было время на разговор и передышку. Поверженные ниндзя приходили в себя.
— Великий Дракон! Сапсан! Бойцы — на центр! — заметался под сводами спорткомплекса усиленный микрофоном голос судьи суперфинала.
Петр и Роткевич вышли на середину десятиугольника. Санни-Сапсан вскинул вверх руки с зажатым в них шестом.
Петр повертел в руках шест, прикидывая его центровку и вес, перекинул из руки в руку и остался им доволен. Роткевич последовал его примеру.
— Бойцы, внимание! — скомандовал судья и, проследив, что они приняли боевые стойки, скомандовал: — Бой!
Петр не бросился сломя голову в атаку, но и осторожничать не стал.
Роткевич достойно реагировал на его активность. Перемещения противника, атакующие и блокирующие движения и их связки встречали грамотный отпор.