Потом был перерыв на обед, и с шестнадцати до девятнадцати проходила еще одна тренировка в зале. С девяти до десяти вечера четверка плавала в бассейне: ходили дистанции и играли в водное поло. Работали столь активно и с полной отдачей, что к концу дня не было сил даже включить телевизор.
Азамат прогрессировал на глазах. Парень буквально боготворил Петра и как губка впитывал все, что он говорил и показывал. Конечно, искоренить его «паровозный» стиль было практически невозможно, да Петр и не пытался этого делать.
Поначалу было смешно наблюдать, как Азамат по-медвежьи, совсем неуклюже поворачивается, делает выпады и скачет с катана или шестом. Однако к концу лета у парня стала высвечиваться вполне сносная техника, и за осень он так подтянулся, что Петру приходилось быть внимательным, чтобы не ударить в грязь лицом перед учеником.
Ксения также наращивала мастерство. Правда, с ней порой было заниматься труднее, чем с Азаматом. Парня надо было просто учить, а «чужестранку» часто приходилось переучивать, что создавало трудности и ей самой, и тренеру. Петр сумел сбить с Ксении атакующую самоуверенность и поставить защиту. Немало времени ушло и на отработку подготовки к проведению приемов, а точнее — на незаметность такой подготовки.
Отношения Петра с Ксенией были ровными и деловыми, базируясь на контактах «учитель — ученица».
Казалось, ничто не напоминало о том вечере на яхте, злых словах, брошенных им женщине, и взрывной реакции на его откровенное хамство.