Алексей озвучил идею барона Таубе о наличии на юге острова секретного лагеря, куда собирают беглецов. Причем нескромно приписал эту мысль себе… Наученные опытом, сахалинцы не решились ее высмеять. Просто велели обнаружить этот лагерь. Объяснение с японским консулом Кононович тоже поручил надворному советнику."
"Побритый и сытый Лыков вернулся на «Крейсерок». Ванька Пан мобилизовал двух каторжных и доставил туда же все имущество Алексея, включая мундиры, ордена и жестянки с паюсной икрой. Многострадальные гуси присоединились к багажу.
Тут будет реклама 1
Рядом стоял германский пароход «Атлас», а на него грузили арестантов. Это были новенькие с «Петербурга», которых после карантина направляли в Корсаковский округ. Где-то среди них находился и Федор Ратманов, он же Фридрих Гезе. Алексей тоже мог сесть на германца и доплыть с комфортом. Но он успел подружиться с лейтенантом Налимовым и его матросами и постеснялся их оставить. В итоге «Крейсерок» снялся с якоря поздней ночью, когда все члены его команды нагулялись по столице… Двое, как и опасался командир, явились во хмелю.
Тут будет реклама 2
И получили от него по банке между лопаток, беззлобно. А Лыков с Налимовым распили на мостике бутылку дорогого французского шампанского. Сыщик специально разыскал ее в лавке Ландсберга, чтобы порадовать храброго лейтенанта.
Глава 9
Начальник округа
«Крейсерок» обогнал германца на шесть часов. Он вошел в бухту Лососей поутру. Налимов хотел доставить пассажира на берег своими силами, но Алексей пожалел людей. На этот раз долго ждать не пришлось, катер прибыл быстро.
Тут будет реклама 3
Надворный советник простился с моряками – за это время он всех узнал по именам. На берегу его уже ожидали подчиненные.
Встречать начальника на пристани собралась вся корсаковская головка. Мало ли, что он временный? А вдруг?.. Ялозо руководил процессом. Помимо уже знакомых лиц явились врач военной команды Зборомирский, заведующий окружным лазаретом Сурминский и священник отец Александр (Винокуров).
Поздоровавшись с кадром, Лыков произнес речь ни о чем и поспешил на службу.
Тут будет реклама 4
Тут же выяснились атрибуты его высокого статуса. Выезд начальника округа был шикарной пароконной коляской, отделанной синей кожей. Верзила-кучер в новой чуйке глядел соколом. Два забайкальских казака, столь редкие на Сахалине, составляли личный конвой. Ялозо, с папкой неотложных бумаг на подпись, изображал из себя правителя канцелярии. Фу-ты ну-ты! До каких верхов ты добрался, Леха, посмеялся про себя Лыков, усаживаясь в коляску. Но более всего возгордился Ванька Пан.
