Потому что были проворнее. С проворством пещерных троллей теперь познакомились и Кент с Толяном.
Скаллигрим не только успел выбраться из-за стола раньше, чем криминализированные «молодые люди» шмыгнули за дверь, но ухитрился аккуратно прикрыть эту самую дверь, а «молодых людей» (менее аккуратно) уложить на пол, друг на друга, крестиком. И для надежности придавить сверху ногой. А поскольку нога у пещерного тролля – соответствующая, то два приятеля чувствовали себя примерно, как йог – под колесами грузовика. То есть жить можно, но трудно.
Кенту повезло, относительно, конечно – он оказался сверху. Но над ним нависла широченная грубая ряшка с пастью, способной разом откусить полдыни.
– Ротгар! – прорычал тролль, дохнув Кенту в лицо запахом хищника. – Где он?
Было бы неправдой сказать, что Кент испугался. Бледное и невыразительное слово «испуг» весьма слабо соответствовало тому состоянию, которое испытал в общем-то нетрусливый пацан, заглянувший в пасть троллю. Его дружку Толяну здорово повезло, что Кент, перед тем как войти в кабинет Ильи Всеволодовича, посетил еврооборудованный санузел агентства, ибо сфинктеры Кента, подчиняясь первобытному рефлексу, дружно расслабились, дабы организм освободился от всего лишнего и, облегченный, с максимальной скоростью удалился подальше от опасности.
– Не знаю я никакого Ротгара! – заголосил он. – Не знаю я…
– Тиш-ше! – рыкнул Скаллигрим.
И Кент мгновенно затих.
Тролль смахнул его с приятеля и повторил вопрос. Но Толян, доселе пребывавший под гнетом почти трехсоткилограммового груза, слегка занемог, так что троллю пришлось привести похитителя Лейки в вертикальное положение и взбодрить парой легоньких оплеух.
Увы, Толяну местонахождение Ротгара, равно как и его телефон, были неведомы.
– Ага, – удовлетворенно изрек тролль, перестал терзать Толяна и вернулся в директорское кресло. – А этого как найти?
Оказалось, «этого» найти – никак.