И добавил небрежно, как будто речь шла о какой-нибудь безделице:
– Если твое решение будет правильным, я отпущу твоего Охотника. Не стану врать, что отпущу его невредимым, зато – живым…
Ротгар отключился. Катя медленно опустила руку с телефоном. В ее душе все кипело. Хотелось кого-нибудь убить.
– Ну? – нетерпеливо повторил Илья Всеволодович.
– Что ну?! – заорала Катя. – Баранки гну! Всё, поехали отсюда!
Когда Катя и Илья Всеволодович подъехали к «Васе», до открытия музея оставалось еще часа полтора.
Скаллигрим встретил их у входа (надо же отвести глаза охранникам) и провел на корабль."
"– Конечно же, Ротгар обо всем догадался! – сердито заявила она, входя в кают-компанию. – Уж не знаю, как он понял, что в багажнике прятался Хищник! И каких-то шпионов и экстрасенсов помянул… А еще прислал вот что!
Скалли взял протянутый телефон и несколько секунд, хмурясь, рассматривал фотографию Карлссона в цепях.
– Да, это шурин, – подтвердил он.
– Что еще за меры? – насторожилась Катя, забирая телефон.
– Еще затемно место вашей встречи было оцеплено моими лучшими агентами…
– Боже мой! – ужаснулась Катя. – Так вот кого имел в виду Ротгар под «нелепыми шпионами» и «недоделанными экстрасенсами»!
– Это азбука сыскного дела, – невозмутимо продолжал Скалли. – Место встречи должно быть тщательно изучено заранее.
– Да вы всё испортили! – перебила его Катя. – Хищник бы уже добрался до Ротгара, если бы эльф не заметил ваших чертовых агентов!
– Обнаружение исключено! – отрезал тролль. – Я сделал все точно по правилам. Все агенты были четко вписаны в пейзаж, их присутствие у ратуши было грамотно замотивировано и совершенно естественно.